Главная Публикации «Личность-слово-социум» – 2008 Проблемы вербального и невербального общ. (Сек. 5) ЭПИГРАФ В КОНТЕКСТЕ МЕЖКУЛЬТУРНОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ (Захарова М. С.)

Захарова М. С.

Гомельский государственный университет им. Ф. Скорины

ЭПИГРАФ В КОНТЕКСТЕ МЕЖКУЛЬТУРНОГО ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ

Слово «эпиграф» произошло от греческого epigraphe и означает «надпись». Элементарное определение эпиграфа (как слова или выражения, взятого из какого–нибудь известного источника и помещаемого автором в начале своего произведения) содержится в «Словаре древней и новой поэзии», составленном Н. Ф. Остолоповым в 1821 году.

Традиционное определение эпиграфа дано в «Литературном энциклопедическом словаре», в котором эпиграф рассматривается как «надпись, проставляемая автором перед текстом сочинения или его частью и представляющая собой цитату из общеизвестного текста, произведения художественной литературы, народного творчества, пословицу, изречение». Эпиграф трактуется как «надпись–цитата, которая выражает основную коллизию, тему, идею или настроение предваряемого произведения, способствует его восприятию читателем;… позволяет выразить авторскую идею под прикрытием некоей маски, как бы от другого лица;… обладает всеми свойствами литературной цитаты, создает сложный образ, рассчитанный на восприятие также и того контекста, из которого эпиграф извлечен» [1, с. 511].

В трудах В. М. Жирмунского, Л. И. Тимофеева, Б. В. Томашевского и многих других исследователей по теории литературы, в «Краткой литературной энциклопедии», в «Поэтическом словаре» А. Квятковского, «Словаре литературоведческих терминов» эпиграф определяется сходным образом и с точки зрения функций, и с точки зрения особенностей использования.

Некоторые исследователи относят эпиграф к прецедентным текстам. Так, по словам Ю. Н. Караулова, прецедентными являются «тексты, значимые для той или иной личности в познавательном и эмоциональном отношении; имеющие сверхличностный характер, т. е. хорошо известные и окружению данной личности, включая и предшественников и современников; а также те, обращение к которым возобновляется неоднократно в дискурсе данной языковой личности» [2, c. 216].

В настоящее время выделяют несколько уровней изучения эпиграфа: как «чужое слово» в художественном тексте, компонент структуры художественного текста, элемент диалогического построения художественного текста, метатекстовый и интертекстуальный знак.

Переосмысление природы эпиграфа связано с концепцией диалогизма М. М. Бахтина, а также с возникновением и развитием на ее основе теории интертекстуальности. Интертекстуальность в самом широком смысле трактуется как межтекстовое взаимодействие, а в узком понимании как присутствие в тексте частично или полностью элементов других текстов. В рамках теории интертекстуальности эпиграф рассматривается как интертекстуальный элемент, самая интертекстуальная позиция текста.

На сегодняшний день существуют различные подходы к определению понятий интертекстуальность и интертекст, имеются разнообразные типологии интертекстуальных элементов, которые по–разному отражают типы межтекстового взаимодействия. К интертекстуальным отношениям относят не только отношения между конкретными текстами, но и отношения между собственно текстом литературного произведения и его заголовком, предисловием, послесловием, эпиграфом, ссылками, примечаниями (паратекстуальность). К формам межтекстового взаимодействия относят комментирующее и часто критическое указание текста на претекст (метатекстуальность), а также типологическую соотнесенность текстов, принадлежащих одному типу текста или жанру (архитекстуальность).

В данной работе предпринимается попытка рассмотреть эпиграф как паратекст в пространстве межкультурнной коммуникации, причем паратекст трактуется нами как непосредственно анализируемый текст, который интериоризирует (впитывает) множество других текстов, обладая при этом собственным смыслом.

Исходя из культурологического подхода к языку и культуре, введенного М. М. Бахтиным, художественный текст не может быть рассмотрен вне культурного контекста. Художественное произведение вбирает в себя ценности, знания и идеи той культуры, в рамках которой оно было создано. Поэтому, по словам Ю. М. Лотмана, художественный текст уподобляется «физиологическому раствору, в котором живут, продолжают жить и саморазвиваться образы, темы и идеи определенной культуры» и является при этом «конденсатором культурной памяти» [3, с. 21].

Общение на основе художественного произведения также является «бытием в культуре». Осмысление художественного произведения всегда происходит на грани культур: «большого времени» автора произведения и «малого времени» читателя [4, с. 326]. Для автора в данном случае эпиграф выступает как связь между его собственным произведением и уже существующими. Эпиграф отражает его литературные и историко–культурные взгляды и предпочтения, является «единицей осмысления человеческих ценностей сквозь призму языка с помощью культурной памяти» [5, с. 297]. По словам В. А. Лукина «цитирование эпиграфа происходит не из текста–донора, а из «культурного тезауруса» языковой личности» [6, с. 45]. С точки зрения читателя, эпиграф выступает связующим звеном, переносящим его из своего «малого времени» в «большое время» автора произведения, приобщая его к определенной культурной парадигме, ее ценностям и ориентирам.

Таким образом, эпиграф вводит целый пласт культурной информации в художественный текст, дает возможность автору произведения обозначить свое отношение к общей культурной ситуации, как национальной, так и мировой, а читателю познать новую для него культуру, ее идеи и ценности. Эпиграф обеспечивает тем самым непрерывный диалог различных авторов, текстов и, в целом, культур.

Литература

1. Эпиграф // Литературный энциклопедический словарь / под. общ. ред. В. М. Кожевникова и П. А. Николаева. — М., 1987. — с. 511.

2. Караулов, Ю. Н. Русский язык и языковая личность / Ю. Н. Караулов — М.: Наука, 1987.

3. Лотман, Ю. М. Внутри мыслящих миров. Человек — текст — семиосфера — история / Ю. М. Лотман. — М., 1996.

4. Плеханова, Т. Ф. Интертекст как пространство межкультурной коммуникации / Т. Ф. Плеханова // Научная мысль Кавказа. — 2006. — Приложение №8. — с. 326 — 331.

5. Костомаров, В. Г. Прецедентный текст как редуцированный дискурс / В. Г. Ко–стомаров, Н. Д. Бурвикова // Язык как творчество. Сб. статей к 70–летию В. П. Григорьева. / Ин–т русского языка РАН. — Москва, 1996. — с. 297 — 302.

6. Лукин, В. А. Художественный текст: основы лингвистической теории и элементы анализа / В. А. Лукин — М., 1999.

 

Внимание!

Внимание! Все материалы, размещенные на сайте, выпущены в печатной форме и защищены законодательством об авторском праве Республики Беларусь. Полнотекстовое использование (перепечатка) материалов сайта допускается только с согласия издателя (ЧУП "Паркус плюс"), цитирование в научных целях допускается без согласия, но при обязательном указании автора статьи и источника цитирования.


Проверить аттестат

На правах рекламы