Главная Публикации «Личность-слово-социум» – 2008 Средства массовой информации в обществе (Секция 4) Исторические аспекты белорусской фотожурналистики (Шимолин В. И.)

Шимолин В. И.

Белорусский государственный университет (г. Минск)

Исторические аспекты белорусской фотожурналистики

История белорусской фотожурналистики до настоящего времени не изучена. Причин тому несколько. На протяжении многих десятилетий она являлась составной частью советской журналистики, которая практически не имела национальных корней. Партийная номенклатура воспитывала журналистские кадры на канонических принципах большевистской печати: фотографии, публиковавшиеся на страницах центральных газет «Правды», «Комсомольской правды», «Известий», «Труда», должны были служить эталоном для фоторепортеров всей страны.

Однако в истории советского периода все же можно отыскать весьма краткий отрезок времени, совпавший с периодом «отката» от социализма и известный как новая экономическая политика — нэп, охвативший, примерно, 1921—1928 гг. Именно тогда в среде фотожурналистов зазвучали имена художника — лидера русского авангарда, конструктивиста, открывшего неповторимый ракурс в фотографии Александра Родченко, мастера психологического портрета Моисея Наппельбаума. Практически одновременно заявили о себе Роман Кармен, Аркадий Шайхет, продолжали снимать известные российские фоторепортеры В. Булла, П. Оцуп, А. Савельев, И. Петров, П. Новицкий, Я. Штейнберг. Возникла парадоксальная ситуация: работы мастеров изредка попадали на страницы печатных изданий, большинство из которых просто не выходили по причине отсутствия полиграфической базы после гражданской войны.

Примерно с 1929 г. ростки вдохновенного творчества фотомастеров стали чахнуть. Показательным примером может служить состоявшееся в конце этого года в Москве «собрание фотографической общественности». Цель мероприятия заключалась в публичной порке фотосекции Всероссийского общества культурных связей с зарубежными странами — ВОКСа, проводившей якобы «предвзятую, подверженную влияниям старой школы фотохудожников (а это означало, как известно, тлетворное буржуазное влияние Запада) порочную практику отбора работ на зарубежные салоны и выставки». Фотосекция была названа «тихой пристанью для буржуазных эстетов». Еще один штрих к портрету того времени: летом 1931 года журнал «Советское фото» получил новое «правильное» название «Пролетарское фото». По свидетельству современников к концу 30–х гг. активная фотографическая жизнь фактически замерла.

Большевизация коснулась и белорусской печати. В Беларуси уже в конце 20–ых — начале 30–х гг. ХХ века, как и по всей стране сложилась целостная и довольно замкнутая система партийно–государственной прессы, в которую вошли газеты «Звязда», «Беларуская вёска», — органы ЦК КП (б) Б, «Савецкая Беларусь» — орган СНК БССР, «Чырвоная змена» — орган ЦК ЛКСМБ (Первоначальное название «Сталинская молодежь», орган ЦК и Минского областного комитета ЛКСМ Белоруссии), а также партийные газеты на польском языке «Orka» (начала выходить в 1926 г. вместо «Молота») и на еврейском языке — «Октябрь», созданная на основе газеты «Дер Векер» (См. Слука, А. Г. Беларуская журналістыка, Частка 2. — Мінск, БДУ. — 2003. — С. 126).

Легкость и плавность линий в композиции работ Родченко, его знаменитый ракурс заменили тяжеловесные штампы постановочных портретов, с которых смотрели на читателей окаменевшие лица ударников сельской нивы и стахановцев промышленного производства, смотрящие в светлую даль на фоне партийной и государственной атрибутики. Стиль и моду газетных публикаций, в том числе и фотографии диктовали соответствующие постановления съездов и пленумов ЦК, в которых журналистов именовали не иначе как «приводными ремнями» партии, «бойцами идеологического фронта».

Подобные установки приводили к трафаретам, сдерживали инициативу. Даже подписи под газетными и журнальными снимками отличались чрезмерным лаконизмом, точнее, скудостью мысли, идеологическими штампами: в текстовке перед фамилией героя снимка в обязательном порядке указывались политическая ориентация — член партии, комсомолец, член профсоюза, затем шло название профессии, ранг и место в социалистическом соревновании — стахановец, ударник коммунистического труда, производственный разряд, результативность труда — процентное выполнение норм выработки в смену, за неделю, месяц и так далее.

В двадцатые годы фотографии на страницах белорусской прессы были большой редкостью: сказывалась не только дороговизна фотоматериалов и фототехники, отсутствие фоторепортеров, но и тяжелое состояние полиграфической базы, подорванной послевоенной разрухой. Периодические издания печатались на грубой бумаге.

С низким техническим качеством фотоиллюстраций вплоть до начала 80–х годов ХХ века, «боролась» целая армия фоторетушеров и фотохудожников. Их «изделия», попадавшие на страницы газет, несли на себе безжалостные следы скальпеля, опасных бритв, белил, туши и гуаши. Даже авторы «Двенадцати стульев» не прошли мимо каторжного труда ретушеров: «На столах художественного отдела, — живописали Ильф и Петров, — лежали иностранные журналы, большие ножницы, баночки с тушью и белилами. На полу валялись обрезки фотографий: чье–то плечо, чьи–то ноги и кусочки пейзажа. Человек пять художников скребли фотографии бритвенными ножничками «Жиллет», подсветляя их; придавали снимкам резкость, подкрашивая их тушью и белилами, и ставили на обороте подпись и размер 3 ѕ квадрата, 2 колонки и так далее — указания, потребные для цинкографии».

Показательным примером газетного иллюстрирования в те годы может служить газета «Савецкая Беларусь». Например, на шести ее колонках в №71 за 30 марта 1929 г. под панегирики в честь председателя ВЦИК М. И. Калинина, в связи с его десятилетним пребыванием на высоком посту, помещена лишь фотография «всесоюзного старосты». В остальных номерах в этом издании регулярно публикуются портреты вождей БССР и СССР, лишь изредка встречаются репортажные фотографии весьма скромного одно–двухколонного размера с текстовкой и без подписи автора.

Наиболее типичным примером можно считать две краткие фотозаметки, опубликованные в газете 22 мая 1929 г. с весьма куцыми текстовками: «На пракладцы рэйкаў для трамваю ў Менску» — на фото изображен среднего плана постановочный портрет рабочего, орудующего гаечным ключом на рельсах. Или «Каналізацыйные работы ў Менску» — мало отличающийся от первого фотопортрет труженика коммунального хозяйства.

Предшественница «Чырвонай змены» — «Красная смена», в начале своей биографии вообще обходилась без фотографий. В качестве иллюстраций использовались рисунки, выполненные довольно примитивно в жанрах агитки или карикатуры. Они публиковались на первой полосе и высмеивали формализм в работе комсомольских ячеек, бюрократизм чиновников. Более всего от художников–карикатуристов доставалось буржуазии капиталистических стран, а также остаткам эксплуататорских классов в стране: бывшим помещикам и капиталистам, священнослужителям, носителям религиозных «пережитков».

Чужие недостатки во все времена критиковать было безопаснее, нежели собственные. В шестиполосном номере «Красной смены» за 26 марта 1925 г., напечатано всего лишь три рисунка: на первой полосе — портреты вождей того времени: Мясникова, погибшего в авиакатастрофе, и умершего от разрыва сердца Наримана–Нариманова. На второй странице — одноколонный плакат, изображающий абстрактную фигуру политзаключенного — собирательный образ революционеров, томящихся в польских тюрьмах.

Тридцатые годы вошли в историю белорусской журналистики под знаком тотального террора и доносительства, что отразилось на характере публикуемых материалов и редких фотографиях. Их авторы, а это чувствуется по характеру съемки, полностью постановочной, идеологически выдержанной, выполняли свою работу с явной оглядкой на мнение редактора и вердикт цензора. Лица героев на портретах по–прежнему напряжены, а улыбки неестественны. Отметим, что в годы советской власти публикация в газете портрета того или иного труженика считалась одной из действенных форм морального поощрения, таким образом газетная полоса приравнивалась к Доске почета.

В эти годы периодические издания принялись выполнять несвойственную им функцию: выявлять врагов народа. Не случайно редакция газеты «Чырвоная змена» отчитывалась, что за 1929 г. она выпустила 17 «кавалерийских» страниц, материалы которых позволили изобличить вредителей: 42 человека были отданы под суд, 21 — сняты с работы, 52 — «вычищены» с учебных заведений.

Необычные метамарфозы происходили и с портретами героев фотосъемок: прежде чем попасть на газетные страницы, кандидатура героя проходила обсуждение в партийном комитете. Случайное попадание на газетную страницу непроверенного человека, грозила автору фотографии, а то и редактору выговорами, увольнением с работы.

Поскольку полиграфическая база все же развивалась, то уже к 1938 году, например, каждый номер «Советская Белоруссия» содержал максимум пять фотографий, сделанных штатными фотокорреспондентами или присланными из ТАСС.

Газета «Чырвоная змена» в конце 30–х гг. отличалась от других республиканских изданий форматом А3 и относительно обильной иллюстративностью. Следует отметить, что на первую полосу «выносились» не только изображения вождей СССР, Беларуси, но и тружеников страны. Среди семи фотографий, опубликованных в праздничном номере «Чырвонай змене» 5 декабря 1938 г. — это был День сталинской Конституции, на первую полосу помещен трехколонный групповой постановочный портрет механизаторов Минской машинотракторной станции, занятых подготовкой техники к весеннему севу.

На второй полосе — все в той же манере исполнения — групповой двухколонный портрет участников очередного совещания агитаторов и доверенных лиц, на третьей — одноколонный портрет стахановца. На последней странице — снимки о военных действиях в Китае и три невыразительные фотографии о приключениях участников полярной экспедиции на ледоколе «Красин».

Наиболее распространенным газетным жанром фотожурналистики являлась все та же короткая фотозаметка, состоящая из постановочного портрета героя в отрепетированной позе и краткой подписи, содержащей его фамилию и проценты перевыполнения установленного задания.

Редакция газеты «Звязда» отдавала предпочтение, как правило, двухколонным постановочным портретам передовых рабочих и колхозников, представителей интеллигенции, военнослужащих. В среднем, на каждой полосе размешалось не более одного фотоснимка. В №21 за 5 декабря 1938 г. газета поместила на первой полосе портрет столяра стахановца, на второй — кузнеца стахановца, на третьей — постановочный групповой портрет политкружковцев. О «режиссуре» говорит все то же неестественно плотное расположение в кадре участников политзанятий. Автор фотографий — С. Грин стремился «охватить» всех участников собрания. Подобные газетные публикации нелегко соотнести с жанром фотозаметки в ее современной трактовке.

Иногда количество фотографий в номере возрастало чуть ли не вдвое, когда газета публиковала тематические полосы. В начале декабря 1938 г. «Звязда» поместила на первой полосе парадный портрет Героя Советского Союза полковника С. Денисова, на второй — выдержанный в духе требований того времени портрет лаборантки пуховичского торфопредприятия. Третья полоса газеты — целевая, украшена «шапкой»: «Пра армію чырвоную, любімую і родную песні спявае народ». Четыре портрета военослужащих — два двухколоннные и два — одноколонные, выполнены опять–таки в традиционной постановочной манере. В материалах рассказывается о буднях воинов Белорусского военного округа.

В отличие от «Советской Белоруссии», «Звязда» отдает предпочтение двухколонным портретам, иногда увеличивая размер фотоиллюстраций до четырех колонок. Поскольку фотографическая техника того времени не позволяла производить панорамную съемку, авторы иллюстраций прибегают к чисто механическому их соединению — фотомонтажу, объединяя в композицию два и более кадра. Например, в номере за 4 марта 1938 г., газета публикует четырехколонный фотомонтаж Я. Соловейчика и С. Грина, иллюстрирующий отчет о митинге рабочих Минского станкостроительного завода им. Ворошилова, осуждающих «предательскую деятельность троцкистско–бухаринской банды из право–троцкистского блока».

Прообраз фотоочерка, хотя и существенно отличающийся от современных публикаций, можно встретить в публикациях «Советской Белоруссии» в конце 30–х гг. Конечно, материалы этого жанра далеки от современных и по стилистике, образности, по форме подачи. Журналистика сводилась к перечислению автобиографических данных и производственных показателей кандидатов в депутаты Верховного Совета БССР, имеющих пролетарское или крестьянское происхождение. «Советская Белоруссия» в №126 за 1938 год, посвященном предстоящим выборам в высший орган власти, поместила на первой полосе крупный портрет наркома внутренних дел БССР Алексея Наседкина и его заслуги перед страной и партией. Однако подобная честь не уберегла героя материала от ареста в конце года и расстрела.

Вторую полосу газеты открывают шесть фотопортретов кандидатов в депутаты поменьше рангом, под которыми редакция поместила пространный очерк еще об одном народном избраннике «Капитан Михаил Поливанов».

Портрет героя занимает всего одну колонку. Фотография статична, документальна как фотокарточка в паспорте, не раскрывает ни характер, ни психологию личности. Стиль письма нарочито литературен: «Багряным румянцем загорелся восток. В первых проблесках новорожденного дня бриллиантовой росой сверкнет крупная роса, тяжелыми каплями повиснув на густой зеленой траве…». Далее следовал рассказ о буднях пограничников, изложенный такими же «яркими» красками.

Третью странице газеты украсил четырехколонный групповой портрет делегатов Первой Минской областной партконференции, а на четвертой — редакция поместила постановочный групповой портрет студентов политехнического института, сдающих зачет доценту Л. Я. Максимову по сопротивлению материалов. Далее перечислены фамилии студентов.

В начале сороковых годов газетные иллюстрации довольно полно отражали трудовую деятельность белорусской молодежи, ее занятия физкультурой и спортом, военным делом, учебу в ремесленных училищах, средних общеобразовательных школах, вузах, научную деятельность. Наиболее иллюстрированной среди них оказалась «Сталинская молодежь», в каждом номере которой печаталось от пяти до шести иллюстраций, в основном, портреты передовиков промышленного производства и хлебной нивы.

Однако некоторые номера, как, например, №30 за 13 марта 1941 г., насчитывали и два десятка фотографий, из которых более половины показывали фрагменты упражнений утренней физзарядки. Весьма показательным в этом отношении можно считать газету за 3 декабря 1940 г., опубликовавшей на первой полосе двухколонный групповой портрет, выполненный фотокором БелТА И. Брейво с такой текстовкой: «В ремесленном училище №13 (г. Минска) 200 юношей — будущих телеграфистов, радистов, телефонистов и линейных техников — приступили к работе». О постановочности кадра свидетельствует организованное расположение ребят в кадре, напряженное выражение на их лицах.

На второй странице газеты — еще один штамп: групповой фотопортрет, выполенный фотокорреспондентом БелТА В. Паньковым с характерной подписью: «Комсомольцы–активисты оборонной работы, зачисленные в Минскую среднюю спецшколу военно–воздушных сил». Здесь же размещен и одноколонный портрет сталинского стипендиата пятикурсника Минского политехнического института, запечатленного также сотрудником БелТА С. Вольфсоном в механической лаборатории «за определением коэффициента Пуассона».

Третья полоса буквально изобилует иллюстрациями. Перед читателями на двухколонном рисунке предстает доярка на фоне коров и овец без пояснительной подписи и фамилии автора, двухколонная репродукция фотокорреспондента БелТА Б. Хенина с картины молодого художника А. Я. Паршуто «Рабочий отряд Минска уходит на фронт в 1919 г. ».

Особое внимание привлекает фотоочерк И. Елисеева «Братья Волковы», расположенный в «подвале». Автор описывает жизненный путь героев Паиса и Фатея, их напряженные трудовые будни. Материал иллюстрируют две графические работы, каждая размером в колонку: на одном рисунке изображен парень с конем, а на второй — почему–то девушка–свинарка.

Последняя полоса содержит единственную работу фотокорреспондента газеты И. Ноя «Занятия по гимнастике в детской спортивной школе при Минском гороно».

Новаторство в иллюстрировании полос «Сталинская молодежь» проявила в №30 за 13 марта 1941 г. На первой полосе опубликован довольно простой фотомонтаж из двух фотографий, на которых редакционный художник написал текст: «В 1941 году осушим 100. 000 гектаров болот и освоим 92. 000 гектаров».

В этом же номере, на 3–й с. мы встречаем все еще редкий для того времени фоторепортаж, озаглавленный довольно буднично: «В Гайновской школе–ФЗО строителей». Материал включил шесть фотографий, на которых запечатлены групповые портреты учащихся и мастеров. Фотопортреты среднего плана, размером от одной до двух с половиной колонок. Обращает внимание манера съемки, в ходе которой фоторепортер А. Райхлин пытается отойти от постановочности, передать движение персонажей. В тексте можно встретить интервью и авторское «я», что придает изложению определенную живость.

В годы Великой Отечественной войны газетчики и фоторепортеры смогли отойти от партийных канонов. В их материалах впервые показаны не схематические личности, лишенные чувств и переживаний. Фотозаметки, фотоочерки и фоторепортажи с полей сражений заполнили газеты нового поколения — армейские и фронтовые, а также дивизионные многотиражки. Центральные газеты командировали на фронт и в тыл врага, к партизанам, лучшие свои силы.

Об участниках войны — воинах и партизанах на страницах советской прессы рассказывалось немного, но их ратные подвиги преподносились читателю с максимальной выразительностью, иногда приукрашиваемой домыслом автора, окрашиваемой романтикой подвига, верой в скорую победу. Фронтовые фоторепортеры, как правило, стремились показать не прозу и трагизм ситуации — кровь и пот, а веру и надежду, вселить в сердца читателей оптимизм.

Жанр фотопортрета передавал бодрость духа персонажа, его уверенность в победе. Одним из наиболее одаренных фотожурналистов того периода являлся Василий Аркашев, прошедший дорогами войны от Москвы до Берлина. Хранящиеся в Дзержинском архиве кинофотодокументов его работы — не только искренняя фотолетопись огненных верст, но и личный подвиг автора, памятник нашим предкам. Лучшей работой Аркашева того периода, ставшей хрестоматийной, считается фотография советского воина–освободителя, опустившегося на колени и целующего белорусскую землю летом 1944 года.

Вторая половина сороковых годов, время надежд и напряженного труда по восстановлению разрушенного войной народного хозяйства, стали вехой возрождения белорусской прессы после тяжелейших утрат, понесенных в минувшей войне. Военный период отечественной прессы, действовавшей в период оккупации в условиях подполья, выходившей в партизанских отрядах, нуждается в дополнительном изучении, а подвиг военных журналистов и фотокорреспондентов и ныне не оценен по достоинству.

Послевоенный период явился для народа не только временем восстановления разрушенного войной, но и временем прозрения. Так уж сложились обстоятельства, но именно тогда родилась целая плеяда талантливых фотожурналистов, как правило, самородков и самоучек. Большинство из них пришло в редакции газет непроторенными путями, практически не имея специального образования. В их числе практически сразу после окончания войны, оказались Федор Бачило, Владимир Лупейко, Константин Якубович, Леонид Эйдин, Михаил Ананьин, Петр Новаторов, Иван Стец, Василий Аркашов, Владимир Дагаев, Всеволод Марционко, Петр Белоус, Иван Змитрович, Александр Дитлов, Алексей Лукашев.

В оформлении белорусских газет, выходивших в те первые послевоенные годы, по–прежнему преобладали штампы. Фотографии весьма скромно отражали жизнь, уступая в размерах текстовым материалам. Но даже и в «урезанном» виде они правдиво рассказывали об ушедшей эпохе, являясь ее единственным объективным свидетелем.

Весьма показателен в этом отношении первый номер газеты «Советская Белоруссия» за 1 января 1948 г. Единственная иллюстрация номера, размещенная на первой полосе, — трехколонный портрет И. В. Сталина. Следующий номер, вышедший 3 января, вообще лишен иллюстраций. Лишь на второй полосе помещен трехколонный фотомонтаж из портретов кандидатов в депутаты Минского Совета депутатов трудящихся, выполненный Львом Попковичем.

В большинстве выпусков газета отдает приоритеты портретам В. И. Ленина, И. В. Сталина, К. Маркса и других вождей. Дистанция между вождями пролетариата и пролетариатом отражается даже в размерах иллюстраций. Ширину колонки занимают работы фотокорреспондента Константина Якубовича «Каменщик И. Г. Суховерхов на восстановлении здания ВПШ по ул. К. Маркса», («Советская Белоруссия», № 89, 1948 г. ), и Л. Попковича — «Слесарь–стахановец МАЗа Ю. Х. Патиков» («Советская Белоруссия», № 117, 1948 г. ).

Вторая половина пятидесятых годов стала временем зарождения жанров отечественной фотожурналистики, возвращения в жанрах фотографии к новаторским приемам Александра Родченко и тонкому портретному психологизму Моисея Наппельбаума. Падение сталинской диктатуры и так называемая «хрущевская оттепель», которая была уже не за горами, привели к смягчению существовавших канонов оформления и подачи газетных материалов, в том числе и иллюстративных.

Весьма показателен в этом отношении праздничный номер газеты «Советская Белоруссия» за 1 января 1958 г., первая полоса которого украшена пейзажем Красной площади, а на внутреннем развороте помещен графический коллаж праздничной новогодней тематики. На второй странице привлекает внимание очерк о семье машиниста Минского паровозного депо Антона Ханецкого, проиллюстрированный единственной фотографией — постановочным семейным портретом. Среди других материалов третьей полосы — две фотозаметки с одноколонными портретами научного сотрудника Академии наук БССР А. Янковского и отличницы учебы десятиклассницы 42–й столичной школы Лилии Ивановой. В текстовках бегло перечисляются их успехи. На четвертой полосе праздничного номера двухколонная фотография запечатлела столичную детвору у новогодней елки на улице Сталинградской.

Редакция газеты «Советская Белоруссия» в пятидесятые годы стремилась сочетать идеологическую направленность, как того требовали идеологические постулаты компартии, с показом наиболее значимых вех в социально–экономическом и культурном развитии республики, достижений трудовых коллективов и новаторов производства. Так, например, в №36 за 12 февраля 1958 г. под рубрикой «Люди советской науки» помещена фотозаметка о профессоре А. Д. Аденском. Здесь же еще одна фотозаметка «Новый телевизор «Беларусь». На снимке Константина Якубовича запечатлена группа ведущих конструкторов. Не «брезговала» газета и жанром фотопейзажа. Работа Льва Попковича в №104, за 5 мая 1958 г. снабжена текстовкой: «Красивы и стройны белорусские леса».

Старейшее издание страны всегда уделяло вниманию жанровому разнообразию, которое и по сей день привлекает внимание читателя. В газете получает прописку практически неизвестный в 40–е гг. жанр фоторепортажа. Достаточно ярко, учитывая полиграфические возможности издания, подан материал под заголовком «Первая победа торфяников завода «Усяж» (№127, 3 июня 1958 г. ), который открывает постоянная рубрика «Навстречу 40–летию Белорусской ССР». Текст, объемом в 150 строк, дополняют три фотографии: на трехколонной запечатлен внешний вид заводоуправления, на двух одноколонных — постановочные портреты лучшего механика и водителя предприятия. Редакции пока еще не удается избавиться от стереотипов прошлого, и расширить границы жанра фотопортрета.

Даже по меркам сегодняшнего дня кажется избыточным размещение фоторепортажа «Колхоз «КИМ» убирает обильный урожай» на трех полосах газеты («Советская Беларусь», №146, 24 июля 1968 г. ). Фотографии Льва Попковича не только несут на себе отпечаток постановочности, как дань традиции прошлых лет, но уже и передают характер героев. Таковы по внутреннему содержанию портреты председателя колхоза Ивана Жукова, жниц Ольги Радченко и Юлии Буховецкой. Лев Попкович разнообразит фоторяд репортажа пейзажной съемкой. Каждое фото имеет собственный заголовок: «Золотое поле», «Полторы нормы», «Круглосуточно», «Жнея», «Радость труда».

В шестидесятые годы на страницах белорусских газет появляются имена фоторепортеров В. Дубинки, А. Коляды, С. Ананко, В. Кашкана, И. Стеца. В союзе с известными мастерами они наполняют страницы газет не только высоко профессиональными работами, но и стремятся раскрыть внутренний мир героев, избавиться от штампов и стереотипов прошлых лет. К тому же все более обширным становится торговый прилавок фототехники. Фотожурналисты республиканских изданий обзаводятся импортной, в основном, немецкой и японской, фототехникой. На более высокий уровень поднимется качество фотоматериалов. На рынок предприятия торговли «выбрасывают» отличную немецкую фотобумагу.

Растет и ассортимент фотоаппаратов и фотообъективов. Отечественная продукция копирует германскую фототехнику и оптику, хотя и значительно отстает от нее по качеству. Наряду с любительскими камерами на прилавках магазинов можно встретить вполне приличные зеркальные аппараты из Красногорска и Киева, фотооптика пополняется широкоугольными и телеобъективами, светосильной оптикой, различным фотооборудованием.

Количество переходило в качество. В республиканской прессе все громче заявляют о себе жанры фотожурналистики: фотозаметка, фотоинтервью, фоторепортаж, фотокорреспонденция, фотоочерк. Среди фотожурналистов возникает своеобразная конкуренция за право публикации, а у редакций — возможность выбрать наиболее выразительный снимок.

Союз журналистов БССР расширяет свою деятельность: создает секцию фотожурналистов, организует творческие встречи, приглашает в Минск мастеров советской жанровой и репортажной фотографии. В 1960–м году рождается фотоклуб «Минск», несколькими годами позже — фотоклуб «Остановись, мгновенье!» при редакции газеты «Вечерний Минск».

На страницах «Советской Белоруссии» прописывается фотоочерк — жанр фотожурналистики максимально приближенный к человеку необычной судьбы. Примером может служить материал о Заслуженном строителе Герое Социалистического труда Денисе Григорьевиче Булахове (№187, 11 августа 1968 г.). Более чем 200–строчный материал сопровождают две фотографии, одна из которых архивная.

Редакция старалась максимально разнообразить свои полосы необычной подачей фотоиллюстраций. В этом же номере на 3–й полосе под постоянной рубрикой «Фотокалейдоскоп» опубликована подборка фотозаметок, поступивших через ТАСС от мировых информационных агентств АП, ЮПИ.

Размеры фотопортретов, публикуемых в эти годы, значительно возросли. На первую страницу газета выносит групповые портреты передовиков производства. Несмотря на имидж официальной газеты — органа ЦК КПБ, «Советская Белоруссия» постоянно обращается к рядовому читателю, своему основному подписчику. В одном из номеров (№215, 1968 г., ) публикуется на первой полосе трехколонный групповой портрет лучших механизаторов Каменецкого района, на четвертой, под рубрикой «Слово читателя» — трехколонный групповой портрет однополчан из семейного архива автора публикации, а также фотоэтюд Николая Амельченко «Аленушка».

На широкую аудиторию рассчитана целевая полоса «В мире красок, мелодии, слова». В одной из них — «Советская Белоруссия», №246, 19 авг. 1968 г. — привлекает внимание фотоочерк о творчестве замечательных фотожурналистов Михаила Петровича и Александры Константиновны Ананьиных, одними из первых в стране начавших создавать фотоальбомы о животном и растительном мире Беларуси. Материал содержит четыре фотографии с портретами фотомастеров и репродукции их произведений, сделанных в Беловежской пуще.

На страницах «Чырвонай змены» в эти годы широкое развитие получат жанр портрета. Передовики промышленного и сельскохозяйственного производства, молодые ученые, отличники учебы представлены полно, однако их внутренний мир фотожурналисты не стремятся раскрыть в художественно–публицистических жанрах. Иллюстративный ряд опережает возможности вербального. Портреты крупного плана сопровождают лишь короткие текстовки, с указанием фамилии героя и его успехами в социалистическом соревновании, выражающиеся в процентах плана или количестве выпущенных сверх плана деталей или изделий.

Так, например, в № 49 за 12 апреля 1968 г. на первой полосе публикуются два трехколонных групповых фотопортрета (авторы Анатолий Коляда и Федор Бачило), на второй — пятиколонный фотопейзаж Оршанского льнокомбината и крупный двухколонный портрет передовой работницы Гродненского завода торговых машин предприятия (фото Владимира Дубинко), на третьей — фотоочерк о соратнике В. И. Ленина П. Лепешинском (сопровождается его архивным портретом и невыразительным снимком здания Литвинавицкой средней школы, носящей имя революционера), а также двухколонным групповым портретом студентов Минского института иностранных языков (автор Михаил Минкович). Номер завершает фоторепортаж С. Ананко (текст и три фото) из Минского госцирка.

Особо богато иллюстрируются тематические выпуски газеты. № 127 за 30 июня 1968 г., приуроченный Дню советской молодежи, вместил 15 фотоиллюстраций, три из которых вошли в фоторепортаж о Минском городском слета следопытов «Адкрываюць герояў Калумбы».

Семидесятые годы, получившие название «застойных», таковыми для белорусской фотожурналистике не являлись. Если первые полосы газет, особенно республиканских, и заполняли портреты советских партийных и государственных деятелей, среди которых по размеру и количеству изображений лидировали фотографии Л. И. Брежнева, то внутренние полосы содержали разнообразные материалы о тружениках сельского и промышленного производства, достижениях известных ученых и научно–производственных коллективах Беларуси.

Редакция газеты «Вечерний Минск», не отягощенная обязанностью печатать официальные портреты партийных вождей, на первых страницах публиковала расширенные фотозаметки о передовиках социалистического соревнования, правофланговых очередных пятилеток — людях с открытым взглядом, одухотворенными лицами, в которых отражалась уверенность в победе светлого завтра. Отсутствие конкуренции в социалистической экономике позволяло рекламировать новые изделия производства столичных заводов и фабрик. Информационные новостные подборки на первых полосах содержали фотозаметки о вышедших с конвейеров часового объединения «Луч» хронометрах, наборах конфет кондитерской фабрики «Коммунарка», успехах птицеводческого объединения имени Н. К. Крупской, «фабриках холода» Минского завода холодильников.

На страницах газеты регулярно печатались фоторепортажи с заводов, предприятий и строек, о театральных премьерах и фотоинтервью с приезжавшими в столицу республики артистами, писателями, композиторами. Такие материалы появлялись с завидной регулярностью за подписями Николая Бондарика, Аркадия Бржозовского, Виктора Шимолина, Юрия Гуменюка, Николая Инина, Галины Цветковой. Столичную «вечерку» тех лет можно с полным правом называть самой иллюстрированной, информированной и оперативной газетой страны.

Во второй половине семидесятых годов редакция газеты «Звязда» шла в русле общепринятого газетного дизайна, в чем–то повторяла оформление большинства республиканских газет: их полосы украшали жирные линейки и крупные заголовки, что по меркам того времени позволяло указать читателю на главный материал номера.

Фотографии на страницах «Звязды» преобладали двухколонные. Их авторами являлись как ее штатные фотокорреспонденты, так и фотохроникеры БелТА. Количество иллюстраций в номере достигало семи–восьми. Среди фотографических жанров преобладали портреты, чаще всего — репортажные, изредка публиковались фотопейзажи. Авторы фоторабот, среди которых мы встречаем фамилии Юрия Иванова, Геннадия Семенова, Евгения Песецкого, Эдуарда Кобяка, Александра Ружечко, стремились максимально правдиво передать духовный облик человека–труженика, его целеустремленность и одухотворенность, преданность профессии.

В иллюстрировании полос редакция газеты «Знамя юности» значительно опережала другие республиканские газеты. Выполняя идеологические задачи, отражая на своих страницах официальные мероприятия, что являлось обязательным атрибутом, коллектив издания создавал собирательный образ современника, одержимого идеей нравственного и морального совершенствования.

В номере газеты за 3 февраля 1978 г. опубликован пространный путевой фотоочерк Владимира Липского «Побратимы», посвященный дружественным связям рабочих Минска и Франкфурта–на–Одере. Обращает на себя внимание фотоинтервью «Знаете ли вы своего ребенка?» в №40 за 8 марта 1978 г. Постоянной становится рубрика «Кинообозрение». Фотоочерки о проблемах молодежи, становлении характера — неотъемлемая часть содержания газеты. В качестве примера можно привести материал Г. Айзенштадт «Счастливый человек» о Галине Гуриновой — механизаторе колхоза имени Фрунзе Шкловского района.

Изменилось и «лицо» «Советской Белоруссии», которая улучшила оформление, сделав его более броским, применяя «жирные» линейки, укрупняя размеры заголовков, и самое главное, фотоиллюстраций, которые стали занимать не только две, но и три колонки. Среднее количество фотографий в газете достигало пяти–шести, в зависимости от тематики и происходивших в стране событий.

Кроме того, на ее первой полосе стали верстаться блоки фотографий, содержащие, как правило, два–три постановочных снимка: портрет крупного плана запечатлевал передовика производства в рабочей спецодежде, чаще всего у станка, панораму цеха, участка, вид железнодорожных путей, архитектурный пейзаж, включающий строительные объекты города.

Мастерами подобных жанров проявили себя уже признанные мастера репортажной съемки Н. Бондарик, Е. Козюля, Л. Климанский, М. Минкович, Ю. Иванов, А. Шаблюк, Э. Кобяк, В. Межевич, Г. Усламов, Н. Амельченко.

Восьмидесятые годы, полные надежд на социально–экономические и политические перемены, отразились в жанрах фотожурналистики. Фотография становилась более динамичной, оперативной. Фотожурналисты стремились не отстать от времени. Провозглашенная «перестройка» и «гласность» побуждали к действию. Место постановочных фотографий в газетах и журналах заняли репортажные. Присущие фотоснимкам документализм и правдивость объективно отразили противоречия новой эпохи.

Фотоочерки, довольно редкие на страницах «Советской Белоруссии» в 60–е — 70–е гг., теперь все чаще появляются на ее страницах. Показателен материал, опубликованный в №78 за 3 апреля 1987 г. под заголовком «Своя судьба в собственных руках» и посвященный первому секретарю Климовичского райкома партии Александру Сайкову. Перед читателем предстает образ мудрого и демократичного руководителя, соответствующего духу «нового мышления». Его портрет, занимающий три колонки, ранее невозможный размер при изображении партийных чиновников невысокого ранга, соседствует с групповым портретом доярок в нерабочей обстановке, за чаепитием. Авторами новаторского похода к раскрытию темы стали фотожурналисты Ю. Иванов, Н. Комлев, А. Шаблюк.

Этот же номер несет в себе и еще один отпечаток времени. Редакция газеты выступила инициатором проведения фотоконкурса. Событие, несомненно, значимое. Среди лауреатов творческого состязания первое место никому жюри не присудило, а второе место досталось В. Драчеву за снимок «Встреча ветеранов» и А. Секретареву — «Отцовское поле», третье — П. Костроме — «Цветы для метростроя»», А. Гусеву — «Разрешите пригласить», А. Клещуку — «Портрет механизатора М. Иванчикова». Поощрительные награды конкурса получили Л. Климанский — «Строят для чернобыльцев», И. Вакулич — «Весна на полесье», М. Хомец — «Великолепная пятерка слесарей», Я. Метелица — «Хозяюшки», К. Антоненко — «Сольфеджио».

Девяностые, постперестроечные годы, принесли серьезные, можно сказать, революционные перемены в сложившуюся систему периодических изданий на всем постсоветском пространстве. В Беларуси появились частные газеты, которым впервые за минувшие десятилетия пришлось конкурировать друг с другом, а также и с государственными в борьбе за подписчика. Примером удачного старта следует признать рождение «Народной газеты» и газеты «Рэспублiка», коллективы которых первыми разорвали оковы стереотипов. Количество иллюстраций в этих газетах выросло в два раза и составляло, в среднем, около восьми.

Кредо «Рэспублiкі» изложил уже в первом номере новорожденного издания 14 июня 1991 г. его главный редактор Николай Кернога: «…Наше желание, наша мечта — создать газету, имеющую свое ярко выраженную, интеллигентную, глубоко осмысливающую действительность, интересную для людей всех возрастов и профессий, разных политических взглядов».

Опубликованный в первом номере портрет ребенка на фоне цветущего сада, скорее всего, и должен был стать символом редакционных планов и надежд, олицетворял надежды большинства белорусов на возрождение страны после распада Советского Союза.

С первых номеров журналисты издания начали поиск его «лица». На 12 страницах формата А3 коллектив редакции стремился выполнить поставленную задачу. Преуспели в этом и фотожурналисты, хотя поначалу их роль на страницах газеты была довольно скромной: иллюстрации занимала от силы 25–30 процентов газетной площади. В №3 за 1991 г., например, на первой полосе размещен крупный фотоснимок плакатного характера, на 4–й — одноколонный фотоколлаж Е. Песецкого, сопровождающий публицистическую статью, а на 5–й — одноколонный портрет министра иностранных дел СССР А. Бессмертного, дающего интервью корреспонденту «Рэспублiкі». Вот и вся иллюстрация номера.

Как бы исправляя этот недочет, уже в следующем номере редакция помещает 17 иллюстраций: фотографий и рисунков. Можно отметить богато иллюстрированный фоторепортаж фотокорреспондента газеты Алексея Матюша «Минск. Центр. Монмартр», рассказывающий о художниках, облюбовавших в начале девяностых годов тротуар возле магазина «Худфонда» на главном проспекте Минска. № 5 содержал еще большее количество фотографий и рисунков — 16!

В сентябре 1991 г. «Рэспублiка» поместила на первой полосе фотоколаж «Да здравствует рынок» — сатирического, гротескного плана портрет человека, лицо которого обмотано то ли бинтом, то ли туалетной бумагой.

Стабилизация социально–экономической обстановки, борьба за читателя в конце 90 гг. позволила газетам выпускать сдвоенные номера, так называемые «толстушки». Причем, в две краски. Полноцветная печать была еще впереди. На первых полосах периодических изданий заявили о себе фотоанонсы основных публикаций номера.

Так, например, «Народная газета» в №4 за 6 декабря 1998 г. опубликовала восемь снимков, а в сдвоенном номере за 30 декабря (№№23–24) — 17. О разнообразии жанров свидетельствовали фотозаметки, портретный и путевой фотоочерки, спортивный фоторепортаж

Рождались и умирали газеты «однодневки», учредители которых преследовали или чисто коммерческие или политические цели.

Таковы, вкратце, наиболее значимые социально–экономические и политические перемены, которые отразились и на развитии фотожурналистики. С каждым годом она становилась все более иллюстративной, оперативной, злободневной, сенсационной. Композиция фотоснимков становилась более броской; трафаретная, или постановочная съемка уже не приветствовалась. В моду входила броская иллюстрация. В результате развития рыночных отношений и возросшей конкуренции на рынке в печатных изданиях росла доля рекламной фотографии.

«Советская Белоруссия», попавшая под крыло президентской Администрации, отличалась от других изданий наибольшей финансовой стабильностью. Однако и она включилась в борьбу за подписчика. На ее страницах жанры фотожурналистики становились все более разнообразными, что свидетельствовало о возросшем профессионализме сотрудников.

Если, например, в 80–е гг. «Советская Белоруссия» публиковала, в среднем, до шести фотографий в номере, то в конце девяностых годов их количество возросло в три–четыре раза. В №171 за 1 июля 1998 г. газета опубликовала в различных жанрах фотожурналистики семь фотографий, а в вышедшей на следующий день «толстушке» (сдвоенные №№172—173) — уже 26. В аналогичном выпуске (№№186–187) насчитывалось 24 фотоснимка. Примерно 20—25 % среди них занимали работы фотокорреспондентов западных информационных агентств.

На одно из первых мест в «Советской Белоруссии» выдвигается фоторепортаж, визуальный ряд которого наполняли фотокорреспонденты В. Драчев и И. Макалович. Молодым фотомастерам удавались психологические репортажные портреты, жанровые и пейзажные снимки. Наиболее характерным примером может служить четырехколонный фоторепортаж А. Градюшко и В. Драчева «Жатва: день год кормит» («СБ» №197), в котором фотографии были заверстаны на три и семь колонок.

Первые годы двадцатого столетия для белорусской журналистики и фотожурналистики отмечены значительным качественным скачком в развитии полиграфической базы, компьютеризации и цифровой фототехники. Каждый из этих компонентов научно–технического прогресса имеет свои специфические черты и особенности, но они незаменимы, поскольку в комплексе решают взаимосвязанные задачи.

Полиграфическая составляющая приобрела оперативность и высокое качество. При малом объеме оборудования, а, значит, и ограниченных производственных площадей, современная типография способна изготовить печатную продукцию разнообразного назначения и практически неограниченного по тиражу при высоком качестве. Однако новые технологии и комплектующие материалы, как правило, западноевропейского производства, потребовали дополнительных затрат, что отразилось на себестоимости продукции и, соответственно, отпускной цене.

Компьютерные программы в полиграфии способны удовлетворить самые изысканные вкусы. Но о вкусах, как известно, не спорят. Поэтому даже самая совершенная техника не способна поднять на более высокий дизайнерский уровень отсталое мышление и невысокую культуру тех, кто ею управляет. Возникла необходимость в отборе и подготовке выпускающих редакторов, операторах компьютерного набора и верстки, ответственных секретарей, редакторов.

Аналогичная ситуация сложилась и в газетно–журнальной, рекламно–оформительской фотографии. Приходится сожалеть, что увеличение количества снимающих не привело к повышению художественно–документального уровня их произведений.

Новые технологии в полиграфии, компьютеризации и фотографии первыми восприняли в массовом масштабе центральные белорусские газеты.

Накануне 2008 г. практически все центральные газеты Беларуси блеснули ярким оформлением и обильной иллюстрацией. Номер газеты «Советская Белоруссия» за пятницу, 21 декабря 2007 г. вышел на 32–х полосах и вместил 77 фотографий. 28 декабря 2007 г. газета «Звязда» на восьми полосах опубликовала 49 фотографий (из них, правда, 23 относились к телеанонсам), «Знамя юности» разместила на 32 полосах 83 фотографии, «Рэспубліка» на 24 полосах — 48, «Народная газета» на 16 полосах — 38. Отметим, что все эти издания — предновогодние, праздничные, но именно это обстоятельство и позволило показать возможности современной газетной полиграфии и верстки.

Рывок технического прогресса заметен при сравнении жанров фотожурналистики ХХI века с их жалким подобием на газетных страницах второй половины ХХ века. От скромных фотозаметок и традиционных «зарисовок» о передовиках–стахановцах — до нескольких десятков жанров: оперативных информационных, аналитических и художественно–публицистических, раскрывающих не только суть события, факта или явления, но и высвечивающих его со всех сторон синтезом образного слова и психологической по своему внутреннему напряженному состоянию и эмоциональному воздействию иллюстрацией.

Фамилии большинства молодых фотожурналистов еще малоизвестны. Пока малоизвестны. На смену ветеранам приходит молодая поросль, которая начинает свой путь не на голом месте, а на той творческой базе, которую создали их предшественники — фотожурналисты прошлого века. Новая фототехника упростила технический процесс производства фотографии, но не сделала легче творческий процесс создания и передачи средствами композиции образа современника, портрет эпохи.

 

Внимание!

Внимание! Все материалы, размещенные на сайте, выпущены в печатной форме и защищены законодательством об авторском праве Республики Беларусь. Полнотекстовое использование (перепечатка) материалов сайта допускается только с согласия издателя (ЧУП "Паркус плюс"), цитирование в научных целях допускается без согласия, но при обязательном указании автора статьи и источника цитирования.


Проверить аттестат

На правах рекламы