Главная Публикации «Личность-слово-социум» – 2008 Литература и фольклор (Секция 3) Воплощение темы Родины при помощи музыкальной лексики в стихах С. Есенина и их переводах на английский язык (Чернявская Т. А., Каленчиц И. В., Дараганов А. С.)

Чернявская Т. А., Каленчиц И. В., Дараганов А. С.

Белорусская государственная академия музыки (г. Минск)

Воплощение темы Родины при помощи музыкальной лексики в стихах С. Есенина и их переводах на английский язык

Истинно русский поэт С. Есенин — личность неординарная, это — «певец крестьянской Руси, знаток народного языка и народной души, тонкий лирик, мастер глубоко психологизированного пейзажа» [6, с. 434]. Россия и С. Есенин неотделимы друг от друга.

Тема Родины является основным направлением в поэзии С. Есенина. Проанализировав некоторую часть его стихотворений [здесь и далее: 2, с. 26—291], мы убедились, что для воплощения данной тематики автор прибегает к использованию определенной музыкальной лексики: например, жанр музыкального произведения — «песня» — и однокоренные с ним слова — «напев», «воспевать»; названия музыкальных инструментов — «лира», «тальянка», «гармоника», «пастушеский рожок», «бубенец»; звучание музыки — «звук», «звон», «петь», «звенеть»; характер исполнения музыкального произведения — «наяривать рьяно (на гармонике) » в значении играть воодушевленно.

С. Есенин манифестирует понятия «музыка» и «Родина» в тесной взаимосвязи, причем в каждом из них актуализируется национально–культурная семантика, которая экстраполируется на различные части поэтического дискурса. Дискурс С. Есенина и отличается особой взаимосвязью различных составляющих в аспекте объективации черт национальной ментальности. Известно, что менталитет проявляется «в особом видении мира, обусловленном историей народа, средой его бытования, условиями жизни и функционированием культуры, как осознанием своей самости» [1, с. 53].

В контексте изобразительных, звуковых эффектов родного края доминирующим является употребление слов «песня» и «звон». Остановимся на них более подробно и проанализируем их перевод на английский язык.

«Песня» у С. Есенина в переводе Питера Темпеста передается другими музыкальными лексическими единицами: «an air» [2, с. 50—51] (ария; песня; мелодия; мотив — значение сузилось) [3, с. 25]; «a melody» (мелодия) [2, с. 80—81] — значение расширилось; либо может дополняться еще одним словом: «Родился я с песнями…» «I was born to sound of song…» (Родился я под звук песни) [2, с. 38—39]. Это можно сказать и про другую музыкальную лексику: «напев» — «a phrase»; «звук» — «music» (хотя встречается и адекватный перевод — «звук» — «a sound»).

Названия музыкальных инструментов в исследуемых произведениях при переводе на английский язык заменяются адекватно: «лира» — «a lyre», «гармоника» — «an accordion», «тальянка» — «a concertina», «пастушеский рожок» — «a shepherd’s horn», «бубенец» — «a bell». Аналогично трактуются переводчиком и музыкальные лексические единицы «петь» — «to sing»; «наяривать» — «to bellow» (растягивать мехи на гармонике).

Проследим за тем, как песня в поэзии С. Есенина и переводах на английский язык приобретает разный характер.

Так, «песня» у него — маркер его рождения: «Родился я с песнями в травном одеяле…» «I was born to sound of song/ meadow grass tucked round me» [2, с. 38—39]. Метафору «в травном одеяле» (в русском тексте) (в переводе — также метафора: «…meadow grass tucked round me») мог создать только глубоко любящий свою родину русский поэт. Сам поэт родился на берегу реки Ока в Центральной России, откуда видны «vast water meadows» (безбрежные заливные луга) [2, с. 11]. Сочетание метафоры со словом «с песнями» подчеркивает восторженное отношение поэта к Родине, ведь она у него связана с чем–то певучим — сама природа убаюкивала младенца, ласкала его слух, что отражено в английском переводе: «…to sound of song…» (под звук песни) [2, с. 39]. В английском тексте метафора «…meadow grass tucked round me…» [2, с. 38—39] (луговая трава вокруг меня укрывала одеялом) содержит глагол to tuck, одно из значений которого — укрывать (ребенка) одеялом.

С. Есенин говорит о поре года, состоянии природы в России и настроении в момент рождения ребенка такими словами: «Зори меня вешние в радугу свивали» [2, с. 38–39], где слово «вешний» означает весенний (о времени, погоде, состоянии природы) [4, с. 82]; в английском тексте никакого указания на время года нет: «In a rainbow bright / the sun every morning bound me. » (Каждое утро солнце пеленало меня в яркую радугу. ).

Метафора С. Есенина «Зори меня вешние в радугу свивали. » [2, с. 38] содержит глагол «свивать» в значении пеленать, который переведен на английский язык глаголом «to bind», имеющим значения скреплять, связывать, но употребленным также в значении пеленать, хотя для этого русского глагола есть другой английский эквивалент «to swaddle». Субъект действия в русском тексте «зори», в английском переводе — «the sun» — солнце, а полное значение русского слова «зори» помогает раскрыть в английском варианте наречие «every morning» (каждое утро); для адекватной передачи состоянии природы в момент рождения поэта переводчик использует эпитет «bright» (яркий) к слову «a rainbow» (радуга), хотя в русском тексте это слово не имеет никакого эпитета.

У С. Есенина песня — обозначение рождения переплетается с песней — знаком Родины в стихотворении «Русь» («Russia»), где музыкальная лексическая единица «песня» употреблена в контексте изображения опять же весенней природы, ее восторженных звуков и вполне объяснимо имеет эпитет «громкий», а сочетание «радость весела» дополняет картину: «Но люблю тебя, родина кроткая!/ А за что — разгадать не могу. / Весела твоя радость короткая/ С громкой песней весной на лугу» [2, с. 56]. В английском переводе слово «песня» отсутствует, а весенняя радость природы очень поэтично передается целиком переструктуированным предложением: «How gaily your meadows with laughter/ In spring time reecho all day. » (Как весело твои луга весной весь день эхом перекликаются со смехом) [2, с. 57], где наибольший вес имеют наречие «gaily» (весело) и существительное «laughter» (смех), а громкое звучание весны передано глаголом «reecho» (отдаваться эхом).

Дополняют описание весны — песню–характеристику Родины — у С. Есенина:

1. «Песнь соловья»: «Где–то песнь соловья/ Вдалеке я слышу», которая на английский язык переведена причастием от глагола «to warble» (петь (о птицах); издавать трели): «In the distance I hear/A nightingale warbling.» [2, с. 26—27].

2. «Песни дождей и черемух»: «the song of the rain, of bird cherry» [2, с. 142—143] — перевод адекватен.

3. «Птичий гомон и щебетня»: «a birdsong» [2, с. 128–129]; в русском тексте пение птиц передано двумя синонимичными и очень поэтичными существительными; в переводе на английский язык — лексически нейтральное слово «a birdsong» (пение птиц).

Тема Родины отражена С. Есениным и в следующих строках: «Я буду воспевать/ Всем существом в поэте/ Шестую часть земли/ С названьем кратким «Русь» — «I still shall laud/ With all my poet’s power/ This one — sixth of the world/ Which «Russia» we call. » [2, c. 176—177]. Глагол «воспевать» имеет одинаковое значение с английским глаголом «to laud» (прославлять; хвалить; превозносить). Именно в этом стихотворении — «Русь советская» [2, с. 176—177] — поэт использует наибольшее количество музыкальной лексики: «лира» (в значении муза) — «a lyre»; «звук» (лиры) — в английском переводе — «music»; «песни нежные» — «songs of tenderness» (песни нежности); «петь» — «to sing»; «напев» в значении дорога, жизненный путь — «songs» (песни); «гармоника» — «an accordion»; «голос (мысли) » — «reason’s voice»; «наяривать рьяно» на гармонике (в значении играть воодушевленно) — «to bellow» (растягивать мехи на гармонике) — пример разговорной лексики в среде музыкантов.

Заслуживает внимания характер песни — воспевание Родины — в стихотворении «Хороша ты, Персия, я знаю…»[2, с. 232—233]. Слово «Персия» употребляется автором в качестве синонима словосочетания «другой, иной край». В стихотворении автор обращается к девушке с такими словами: «Оставляю песенку про Русь: / Запевая, обо мне подумай, / И тебе я в песне отзовусь…» «But a song about Russia I leave / For you…/ When you sing it, just think of me / And I’ll respond with a song». В переводе на английский язык — тождественные лексические единицы; различие лишь в том, что слово «песенка», как и практически все существительные в английском языке, не имеет уменьшительно–ласкательного аналога, чаще всего значения таких слов дополняются эпитетами.

Рассматривая поэзию С. Есенина, особый акцент необходимо сделать на звучании окружающих его предметов, что передано в произведениях словами «звон» и «звенеть», являющимися, таким образом, ключевыми при описании поэтом Родины. У С. Есенина «звенит» все: зеленя, рожь, песок, ветви; пурга; тальянка (в душе — музыкальный инструмент). Причем в английском тексте переводчик передает этот звон каждый раз новой музыкальной лексической единицей. Так, любовь к Родине, звучание родного края выражено эпитетом «стозвонный» к существительному «зеленя». В словаре находим «зеленя — обл. — Всходы хлебов (преимущ. озимых) » [6, c. 228]: «Край любимый!/ Я хотел бы затеряться/ В зеленях твоих стозвонных. » [2, с. 42]. Словосочетание «зеленя стозвонные» переведено на английский язык музыкальной лексикой: «symphonies of green» (симфонии зелени) [2, c. 43].

Звучание родной земли объективировано у С. Есенина и в других словосочетаниях: «звенит песок» — также переведено музыкальной лексикой: «the sand intone» [2, с. 94—95] — исполнять речитативом, произносить нараспев; «звон ветвей» — «the branches ristle» [2, c. 9—95] — ветви шелестят, шуршат.

В России «…звенит лебяжьей шеей рожь». Этот звон в английском тексте выражен словами «to make music» (творить, создавать музыку): «swan–necked rye stalks music make» (…ржаные стебли с лебедиными шеями создают музыку ) [2, c. 152—153].

Мотив ухода из родного дома, который автор доводит до глубокой трагичности, сопровождается пением пурги: «Я не скоро…вернусь! Долго петь и звенеть пурге» «Long shall you wait for me, / And many a blizzard blow!» [2, c. 98—99]. В русском тексте пение пурги также воплощено в глаголы «петь» и «звенеть», в английском — в глагол «to blow», имеющий значения: 1) дуть; 2) свистеть, гудеть. Как видно, денотативные значения русского и английского глаголов не совпадают.

Чтобы подчеркнуть грусть, тоску по Родине, С. Есенин осознанно вводит в свои произведения названия музыкальных инструментов и глаголы, передающие игру на них: «У меня в душе звенит тальянка…», «Заглуши в душе тоску тальянки…». В английском переводе глагол с большей эмоциональной окраской заменен лексически нейтральным глаголом «to hear»: «In my heart I hear a concertina…» (слышу в сердце) [2, с. 218—219]. Ключевое слово «тоска» в русском тексте при переводе на английский язык приобретает более сильное значение — «ache» (боль).

В исследуемых нами произведениях С. Есенин отображает и национальный характер грустной песни: «Где–то вдали, на кукане реки, / Дремную песню поют рыбаки. /Оловом светится лужная голь… / Грустная песня, ты — русская боль» «Round a far bend in the twilight somewhere / Fishermen are singing a slow sleepy air. / A leaden reflection the bare meadows don… / You echo the anguish of Russia, sad song» [2, c. 50—51]. Как известно, поэт часто употреблял древние, вышедшие из обихода, местные и областные слова: «кукан реки» — «a bend»; «выть» (доля) — «allotment»; «гать» (настил из бревен или хвороста для проезда через топкое место [4, с. 130] — реалия исконно русского быта) в переводе — слово с более широким значением — «a path»; «голь» (оборванцы, нищие, беднота [4, с. 141]) — «bare meadows»; «веретье» — «rough brushwood shelter»; «дремный» — «slow sleepy». Существительное «олово» в переводе заменено прилагательным «leaden» (1. свинцовый; 2. тяжелый, тяжкий), а все предложение в английском тексте дословно можно перевести как «Свинцовый отблеск надевают на себя голые луга». Слово «боль» у С. Есенина также имеет конкретное определение — «русская». Словарь так поясняет слово «боль»: ощущение страдания [4, c. 60]. В переводе на английский язык — «the anguish of Russia» — мука, боль, то есть, более сильное по значению слово, так как «мука» в русском языке — это «сильное физическое или нравственное страдание» [4, c. 367].

Характер грустной песни в произведении помогают сформировать эпитеты, дополняющие мрачную картину описания тяжелой доли народа России: «Черная…выть», «Серым веретьем стоят шалаши»; «…синяя гать»; «Красный костер окровил таганы…». Эпитет «черный» в английском переводе — «black–earth» (черный, как земля). Остальные цвета полностью совпадают при переводе.

Можно сделать вывод, что, с одной стороны, восприятие автором даже дорогой сердцу природы родной страны грустное, но, с другой стороны, каждая строка, где есть темные краски, контрастирует со светлым колоритом — ликующим описанием любви поэта к Родине: «Как мне тебя…не любить?» «Can I deny you my love?»; «К сердцу вечерняя льнет благодать» «My heart with the blessing of evening aglow» («Мое сердце пылает благословением вечера»); «В хворосте белые веки луны» «The white–lidded moon through the dry brushwood flits» («Луна с белыми веками порхает сквозь сухой хворост»).

Не менее значимой является тема воспевания Родины. Автор употребляет сочетание «звездный шум» в контекстуальном значении новой эпохи, и в переводе появляется слово «песня»: «the songs of stars» [2, с. 84—85].

Воплощение темы Родины при помощи музыкальной лексики происходит у С. Есенина с высочайшей степенью совершенства. К основным свойствам стиля поэта можно отнести концептуальность восприятия, метафоричность музыкальной лексики; точность, емкость и блеск описаний. Музыкальная лексика употребляется автором в глубоком контекстуальном смысле. Используемые С. Есениным музыкальные лексические единицы имеют достаточно широкий радиус действия, не ограниченный рамками конкретного стихотворения, а действующий в контексте стиля. Присутствуя во многих его произведениях, они образуют линию сквозного развития событий и отображения реалий окружающего мира и определяют сущность поэтического мышления талантливого русского поэта.

Литература

1. Артановский, С. Н. Некоторые проблемы теории культуры / С. Н. Артановский. — Л.: Культура, 1978. —107 с.

2. Есенин, С. А. Избранные стихотворения и поэмы. Sergei Esenin. Selected Poetry. Translated by Peter Tempest / С. А. Есенин. — М.: Прогресс, 1982. —383 с.

3. Лысова, Ж. А. Англо–русский и русско–английский музыкальный словарь /Ж. А. Лысова. — СПб.: Лань, 1999. — 288 с.

4. Ожегов, С. И. Словарь русского языка. /С. И. Ожегов. — М.: Русский язык, 1990. — 921 с.

5. Ожегов, С. И. Толковый словарь русского языка/ С. И. Ожегов, Н. Ю. Шведова. — 4–е изд., доп. — М.: Азбуковник, 1999. — 944 с.

6. Советский энциклопедический словарь. – М.: Сов. энциклопедия, 1989. —1632 с.

 

Внимание!

Внимание! Все материалы, размещенные на сайте, выпущены в печатной форме и защищены законодательством об авторском праве Республики Беларусь. Полнотекстовое использование (перепечатка) материалов сайта допускается только с согласия издателя (ЧУП "Паркус плюс"), цитирование в научных целях допускается без согласия, но при обязательном указании автора статьи и источника цитирования.


Проверить аттестат

На правах рекламы

ремонт счетчиков банкнот