Главная Публикации «Личность-слово-социум» – 2008 Личность— субъект общественных отношений (Секция1) Казахская философия об индивидуальности человека краткий обзор (Жолдубаева А. К.)

Жолдубаева А. К.

Академия экономики и права (г. Алматы, Казахстан)

Казахская философия об индивидуальности человека: краткий обзор

Интерес к сущности человеческой индивидуальности, тесно связанный с попыткой постичь феномен человека и условий достижения им максимального уровня развития, можно проследить на всем протяжении развития человеческого общества. В казахской философии трудно найти более фундаментальный вопрос, которого так или иначе не касался бы тот или иной мыслитель. Что он есть — человек? Как он возник и соотносится с миром? В чем смысл его бытия и как ему следует жить? — примеры, наиболее характерные для казахской традиции.

За тысячелетия существования казахской философии накопилась громадная, практически необозримая философская литература, включающая в себя сотни разных философских учений, систем, школ, развивавших соответствующий понятийный аппарат, обширнейшую специальную терминологию и множество различных стилей рассуждения и изложения материала. Уникальный опыт истолкования великими казахскими мыслителями прошлого идеи индивидуальности способен служить путеводной нитью и инструментом, стимулирующим поиск путей дальнейшего осмысления проблемы индивидуальности.

Современная казахская философия, задумавшись над предназначением человека, выдвигает перед ним определенные нравственные императивы, соразмеряет поступки с общечеловеческими ценностями. В настоящее время в казахской философии активно исследуются вопросы индивидуального становления и самоопределения человека, пути выхода из ситуации отчуждения. В этом отношении существенную значимость представляют работы К. А. Абишева, Г. Г. Акмамбетова, Н. Ж. Байтеновой, С. Б. Булекбаева, Т. Х. Габитова, Г. Есима, А. К. Касабек, А. Б. Наурзбаева, Д. Н. Нурманбетовой, А. Н. Нысанбаева и др.

В некоторых работах о казахском национальном характере уже выявилось несколько основных позиций, которые попеременно (сообразно историческим обстоятельствам) выступают в науке на передний план: то речь идет преимущественно о крайнем выражении «восточных черт» в казахском характере, то о комбинации «отрицательных восточных» с положительными — «невосточными» чертами, то об абсолютно «оригинальном» характере казаха.

Что же препятствует использованию термина «индивидуальность» при исследовании традиционной казахской культуры? Мешают этому, на наш взгляд, два стереотипа. Первый: в родовом обществе человек не выделялся из коллектива, и индивид не может считаться полноценной самостоятельной единицей. Стереотип второй: понятие индивидуальности по–настоящему сформировалось лишь в период европейского Ренессанса, и только резко индивидуалистическое содержание может адекватным образом соответствовать этому термину.

Что касается второго стереотипа, то, во всяком случае, существует возможность вести разговор об индивидуальности, исходя не только (и даже не столько) из ренессансных воззрений на предмет, но полагая основным критерием роль и место человека в данной культуре, онтологии, социуме. При этом первостепенность категории «мы» в ценностной системе не может отменить значения и ценности ни индивида как такового, ни человеческой индивидуальности.

Вернемся теперь к первому стереотипу. Он ошибочен в той же мере, что и второй. Индивид всегда и во всех обществах и культурах занимал одно из центральных мест и, более того, служил единицей для всех важнейших классификационных систем.

Совершенно специфическим образом отразились в казахской философии представления об индивидуальности человека и его предназначении в мире. Здесь еще нет места той форме гуманизма, которая была характерна для Западной Европы: ни особого интереса к гуманитарному знанию, ни идеи активного всесторонне развитого человека. Но отдаленное звучание европейских веяний, поиск иных отношений человека с миром, возникли и развивались в различных сферах духовной жизни казахов. Характерные для казахской культуры представления об индивидуальности в значительной мере продиктованы лежащими в ее основе представлениями о человеке и о его месте в обществе. Они в корне отличаются от представлений о человеке, сложившихся в западной культуре, поскольку социальное существование человека по–разному определяется на Востоке и на Западе. Если западную модель личности можно назвать индивидуалистической, восточную — «коллективистской», то казахскую следует назвать «контекстуалистской», то есть моделью, погруженной в человеческий контекст личности. В отличие от индивидуалиста и коллективиста «контекстуалист» — это личность с комплексной идентичностью. Он определяет или отождествляет себя, с одной стороны, с точки зрения социальных отношений или поведенческого контекста, а с другой — в терминах своего личного «Я». Контекстуалист комбинирует идентичность двух родов, коллективистскую и индивидуалистическую. У контекстуалиста не отсутствует «Я» несмотря на то, что он всегда принимает в расчет других и прилагает все усилия к тому, чтобы сохранить хорошие отношения с ними.

В западных культурах эгоидентичность личности равносильна «тождеству самому себе» или субъективно понимаемому социальному контексту, при этом игнорируется такая важная для реализации личности основа, как социальный контекст. В казахской культуре личность не константна, она постоянно чувствует свой психосоциальный фон и меняется сообразно контексту.

Казахская литература также, сообразно своим собственным закономерностям, моделирует некий идеал человека. Например, у великого казахского писателя Дулата Исабекова («Страж покоя») человек действует в ограниченном пространстве мира, которое ему уделила судьба. По Исабекову, жизнь — не наслаждение, мир суров к человеку, если он не находит сокровенного смысла жизни. В его творчестве мы находим все константы экзистенциализма — это и враждебность мира, его безысходность, «Вселенная драматически напряжена», одинокий человек, мятущийся, захлестываемый эмоциональными порывами, сталкивается с таинственным и тревожным миром, творение второй. Истинной действительности. Мир Исабекова двойственен: мир знакомых ценностей, обжитой, очерченный кругом повседневности и мир незнакомый, пугающий. Который нужно узнавать и обживать. Открывается сознание, и человек делает выбор своего пути и предназначения.

Исходя из другого его произведения («Молчун»): человек должен иметь собственный нравственный императив, мир — юдоль человеческая, а высшее назначение человека — в продолжении рода (подчеркнем, что эта идея существенна в мировоззрении казахских писателей). Итак, мир у Исабекова чужд человеку, преходящ и временен, человек в нем укореняется только Домом своим, очаг — центр человеческой жизни: подлинное сознание есть родовое сознание. Человек же впадает в экзистенциальное состояние смыслоутраты, из которого он прорывается через второе рождение, утверждаясь в истинных ценностях жизни.

Общую картину сложившихся в казахской науке представлений о казахском национальном характере можно создать, суммировав следующие характеристики этнопсихологических исследований.

1. Любовь к чистоте, приверженность традициям, ощущение гармонической слитности с природой, чувствительность к переменам времен года, умение воспринимать красоту жизни.

2. Вежливость, уважительность, верность слову.

3. Стремление избежать крайностей, умеренность, мягкость, терпимость.

4. Искренность, терпеливость, самоконтроль.

5. Любовь к мирной жизни, но в тоже время храбрость в бою, умение признать права победителя, если битва была открытой, сохранение достоинства при поражении.

6. Способность быстро схватывать, приспосабливаться, подражать, чувствительность к мнению других народов.

7. Дисциплинированность и любовь к порядку, преданность семейным устоям, признание более высокого положения матери, чем жены, любовь к детям, сознание ответственности родителей.

8. Покровительство руководителей подчиненным, уважение власти.

Итак, традиционное мировоззрение казахов характеризуется признанием свободы и индивидуального начала в человеке. Антропоцентризм — важная черта казахской философии. Сутью этого является признание абсолютной значимости человеческой личности, ее жизни, ее внутреннего мира, т. е. независимости оценок личности от ее классовой, сословной, национальной и т. д. принадлежности. Каждая личность абсолютна и значима, ценна сама по себе, независимо от ее положения в мире. Эта абсолютная значимость коренится в приобщении данной личности к абсолютным ценностям, т. е. личность становится личностью лишь через внутреннюю работу души к приобщению к абсолютным ценностям добра, истины, справедливости, красоты. Все эти ценности носят абсолютный характер и не зависят от различных эпох, культур, интересов. По мнению казахских философов, человек непрерывно создается, самосозидается. Это самосозидание зависит от внутренних усилий человека, которые одновременно ведут к внутренней свободе. Гуманизм проявляется в утверждении индивидуального начала в человеке, уникальности его бытия, признанием значимости роли человека в обществе. Поэтому вывод о том, что человеку уготовано непрерывное движение, развитие и свободное проявление способностей, стремление к свободе и к совершенствованию, самоосуществлению и самоопределению, является здесь вполне естественным и обоснованным.

Проблема соотношения индивидуума и мира всегда является центральной для цивилизации, для культуры и философии. Решить ее положительно нельзя ни крайней индивидуализацией, ни растворением единицы в коллективе. Очевидно, оптимальное решение (если оно вообще возможно как нечто конечное и абстрагированное) впереди, и в нем опыт казахского общественного сознания, безусловно, сыграет не последнюю роль.

В ситуации глобального кризиса современной жизни, включающего в себя кризисы демографический, экологический, социальный и собственно человеческий («дегуманизация человека»), каждый, кто хочет воспитывать личность, помогать личностному росту, должен начать с самовоспитания себя как личности. Поэтому речь идет о возможности возвращения человеку его нормального человеческого мышления и восприятия мира, что и является необходимой философской основой понимания личности. Это особенно важно для нас, живущих сегодня, в эпоху кризисов и перемен. В подобные времена пережить все тяготы, груз невзгод и катаклизмов и добиться благополучия в столь расшатанном обществе, как наше, можно только силами людей незаурядных, решительных, смелых. В таких условиях воспитание в людях подавленности, пассивности, торможение смелости и энергии — самый опасный и губительный шаг, на который идут те, кто не хочет допустить перемен.

 

Внимание!

Внимание! Все материалы, размещенные на сайте, выпущены в печатной форме и защищены законодательством об авторском праве Республики Беларусь. Полнотекстовое использование (перепечатка) материалов сайта допускается только с согласия издателя (ЧУП "Паркус плюс"), цитирование в научных целях допускается без согласия, но при обязательном указании автора статьи и источника цитирования.


Проверить аттестат

На правах рекламы