Главная Публикации «Личность-слово-социум» – 2007 ЛИНГВИСТИЧЕСКИЕ ЭКВИВАЛЕНТЫ СОВРЕМЕННОГО МИРА ЛЕКСИКО-СЕМАНТИЧЕСКОЕ РАССОГЛАСОВАНИЕ И СПОСОБЫ ЕГО ПРЕОДОЛЕНИЯ. МЕТОНИМИЗАЦИЯ

Галагаева А. В.
Минский государственный лингвистический университет

ЛЕКСИКО-СЕМАНТИЧЕСКОЕ РАССОГЛАСОВАНИЕ И СПОСОБЫ ЕГО ПРЕОДОЛЕНИЯ. МЕТОНИМИЗАЦИЯ

В последнее время в лингвистике получил распространение принцип ком-позиционности (который иногда называют принципом Фреге), а в самом общем виде, формулируется так: «Смысл языкового выражения является функцией от смыслов его частей и способов их синтаксического соединения» [1, с. 4]. Композиционность рассматривается как предпосылка о том, что в предложении значение целого строится из значения частей, но в то же время, смыслы отдельных слов в составе предложения не просто «прикладываются» один к другому, а взаимопроникают один в другой, притом в разных случаях по-разному. При этом неизбежно происходит преобразование смыслов частей. Также существенным при рассмотрении общего смысла предложения является его семантико-синтаксическая структура. Таким образом, анализ общего смысла предложения требует обращения к его семантико-синтаксической структуре, конкретному лексическому заполнению его частей, а также к правилам его композиции. Этим моментам уделяется особое внимание в композиционном синтаксисе, как одном из направлений семантического синтаксиса. Композиционный синтаксис отличается от других направлений тем, что рассматривает предложение как двухслойную структуру, формируемую денотатом и сигнификатом, которые не являются изоморфными, а находятся в относительной зависимости, и механизмом координации которых, выступает лексический состав предложения [2]. Конечно же, нельзя не отметить определенное структурное сходство этих аспектов семантики предложения, однако если признать их изоморфизм, тогда каждая ситуация должна иметь свою пропозицию и отражаться только в ней. В этом случае число пропозиций в языке должно было бы соответствовать огромному количеству ситуаций. В результате информация о новых ситуациях просто не могла быть передана. И язык потерял бы свое основное свойство - универсальность.

Итак, сигнификат предложения представляет собой логико-семантическую структуру, которую мы назовем пропозицией. Пропозиция формируется за счет организующей силы предиката. Денотативная структура предложения является тем фрагментом наших знаний о мире, с которым соотносится пропозиция, и она именуется ситуацией. Предполагается, что ситуация, представляет собой то, что моделируется в предложении, а пропозиция - то, как это моделируется. Чтобы подчеркнуть независимость и самостоятельность двух структур, будем называть элементы пропозиции аргументами, а элементы ситуации участниками [2].
Число аргументов в пропозиции ограничено, т. к. пропозиция является логико-семантической структурой и задается дедуктивно, число же участников ситуации безгранично, т. к. ситуация является моделью внеязыковой действительности и определяется индуктивно. Но ситуация - это всего лишь модель некоторого фрагмента реальности, поэтому в предложении реализуется не весь набор потенциальных элементов смысловой структуры, а только необходимая часть, которая отражает наиболее существенные свойства, играющие ведущую роль в каждом конкретном случае. Поэтому одна и та же ситуация, моделирующая некоторый фрагмент действительности, может быть представлена различными структурными вариантами пропозиций, в зависимости от того, как концептуализирует наблюдаемую картину говорящий и что в ней для него значимо. Таким образом, аргументы пропозиции всегда соотнесены сучастниками ситуации, но не каждый участник ситуации отражается в пропозициональной структуре. Вследствие такого расхождения элементов денотативной и сигнификативной структур, корреляции участников ситуации и аргументов пропозиции могут нарушаться. Неполное совпадение структуры ситуации со структурой пропозиции приводит к тому, что на поверхностном уровне предложения обнаруживается нестандартное лексическое заполнение актант-ного окружения, открываемого предикатом. Под влиянием нестандартного заполнения происходит модификация значения предиката, и, как следствие, значения всего предложения, для осмысления которого необходимы определенные условия, т. е. небуквальное его понимание, требующее от говорящего/ слушающего некоторые фоновые знания. Этот факт лексико-семантического рассогласования между аргументами пропозиции и участниками ситуации мы назвали диалексией.

Рассмотрим его на примере: The experiment provides the evidence. Для предиката provide в данном значении характерным является появление в позиции агенса человека или активного существа, обладающего интеллектом, чего требует ситуация ментального действия. Однако в данном случае в позиции агенса употребляется производный инструмент the experiment. Мы имеем перед собой случай нарушения правил комбинирования единиц, что ведет к лексико-семантическому рассогласованию между аргументом пропозиции и участником ситуации, т. е. диалексии. Предикат, как компонент, задающий структуру пропозиции, «выбирает» из ситуации только часть информации и дает определенный способ концептуализации, осмысления этой ситуации, - другими словами, предикат является семантической моделью ситуации, и как всякая модель, что-то подчеркивает, высвечивает, если угодно, выпячивает, а что-то затемняет, отодвигает на задний план или даже искажает. Данное предложение содержит те же самые аргументы, что и предложение с немаркированной пропозицией, в которой аргументы соотнесены с элементами ситуации, но имеет другую конфигурацию этих компонентов (другой внутренний синтаксис) и другую коммуникативную перспективу. Таким образом, при диалексии применяется так называемая аргументная стратегия[3, с. 55], суть которой состоит в продвижении иерархически более «низких» аргументов в более высокую позицию. Функция таких преобразований состоит в том, чтобы акцентировать, продвигать в более престижные, более центральные позиции разных участников одной и той же ситуации и вообще формировать разные взгляды, точки зрения на ту же самую ситуацию. В результате происходит перенос акцента на другие, «смежные» компоненты той же самой денотативной ситуации, поэтому данный процесс можно рассматривать как метонимию. То есть предлагаемая модель метонимии основана на представлении о метонимии как о сдвиге фокуса внимания, и в этом смысле может быть названа когнитивной[4].

Помимо ранжирования аргументов одной и той же денотативной ситуации примером диалексии могут служить случаи, когда в предложении отражается несколько ситуаций. Построение такого предложения начинается с преобразования пропозиций. Это может проходить несколькими способами.

Одна из пропозиций подвергается номинилизации и ее предикат превращается в имя действие (Nomen Actionis), который заполняет позицию агенса. Например: The description of the utterances presupposes some framework of descriptive terminology (to describe the utterance). Категория имен действия является категорией семантической, включающей в себя не только существительные со словообразовательно мотивированным процессуальным значением, но и существительные, у которых это значение является «автономным», словообразовательно не мотивированным. Поэтому термином имя действия обозначаются «процессуальные» существительные со значениями собственно действия, процесса, состояния [5, с. 57], такие как wedding, duel, fatigue и др.

Другими способами передачи встроенной ситуации на поверхностном уровне предложения являются вторичная предикация, например: To view the language faculty as an organ like the heart involves a deep philosophical confusion, придаточные предложения - But whether we have been able to construct such a function tells us nothing about the mental mechanism, а также предложения с местоимениями, указывающими на предыдущий контекст -Human beings and their brains are physical objects; their minds are not, because they are capacities. This does not mean that they are spirits. Данный тип лексико-семантического рассогласования свойственен в особенности научным текстам, т. к. в полной мере отражает прагматические характеристики этого типа текста, а именно, его стремление к объектоцентричности и сжатой форме представления информации.

Следует отметить, что в результате лексико-семантического рассогласования между аргументами пропозиции и участниками ситуации помимо когнитивной метонимии, которую мы рассматриваем как перенос акцента на другие, «смежные» компоненты той же самой денотативной ситуации, может возникать и стилистическая метонимия, в случае когда метонимически связанные концептуализации одной и той же ситуации порождают образ - Not only Fleet Street but the whole of the world was looking eagerly as the most fascinating girls scrambled for him. «Метонимический перенос приводит к сжатости высказывания, что почти автоматически заостряет внимание воспринимающего и акцентирует его сенсорное мышление, т. е. обеспечивает определенный уровень образности» [6, с. 54]. Это можно объяснить тем, что при метонимическом переносе «участвует все сознание в целом, не только мысли, но и чувства, эмоции, настроение человека, поэтому при наименовании возникают как логические, так и образные ассоциации»[7, с. 18].

Итак, подводя итоги, диалексия как тип лексико-семантического рассогласования, возникает вследствие нестандартного заполнения аргумента пропозиции участником ситуации, что часто приводит к метонимии. Причем характер метонимии различен. Мы можем говорить о когнитивной метонимии, кода при концептуализации некого фрагмента реальности происходит сдвиг фокуса внимания на другие, «смежные» компоненты той же самой денотативной ситуации, и о стилистической метонимии, когда метонимически связанные концептуализации одной и той же ситуации порождают образ.

Литература

  1. Падучева, Е. В. Принцип композиционности в неформальной семантике/ Е. В. Падучева // ВЯ. - 1999. - №5. - С. 3- 23.
  2. Outline of the Compositional Syntax  Proceedings of the 16-th International Congres of Linguists 20-25 July 1997: [ Copy] 2: Philosophy of linguistics. D. G. Bogushevich [et. al. ] Oxford: Elsevier Science Ltd., 1997. - 21 p.
  3. Кустова, Г. И. Типы производных значений и механизмы языкового расширения Г. И. Кустова. - М.: Языки славянской культуры (Studia Philologica), 2004. - 472 с.
  4. Падучева, Е. В. Ккогнитивной теории метонимии [Электронный ресурс]. -2004. - Режим доступа: http: //www.dialog-21.ru/Archive/2003/Paducheva. htm - Дата доступа: 05. 03. 2007.
  5. Коряковцева, Е. И. Статус имени действия Е. И. Коряковцева ВЯ. -
    1996.- №3.- С.55-66.
  6. Лютикова, В. Д. Метонимия как средство создания образности в идиолекте  В. Д. Лютикова Лексика и фразеология русского языка: сб. науч. тр.  Тюмен. гос. ун-т; редкол.: акад. Н. К. Фролов (отв. ред. ) [идр. ] -Томск, 1998. - C. 54-59.
  7. Чиршева, Г. Н. Стилистическая парадигматика и синтагматика метонимического переноса  Г. Н. Чиршева Лексические единицы в различных функциях: межвуз. сб. науч. тр.  Мордов. ун-т; редкол.: И. Б. Хлебникова (отв. ред. ) [идр. ]- Саранск, 1992. - C. 16-22.

 

Внимание!

Внимание! Все материалы, размещенные на сайте, выпущены в печатной форме и защищены законодательством об авторском праве Республики Беларусь. Полнотекстовое использование (перепечатка) материалов сайта допускается только с согласия издателя (ЧУП "Паркус плюс"), цитирование в научных целях допускается без согласия, но при обязательном указании автора статьи и источника цитирования.


Проверить аттестат

На правах рекламы