Главная Публикации «Личность-слово-социум» – 2007 ХУДОЖЕСТВЕННОЕ СЛОВО: ИСТОРИЯ, СОВРЕМЕННОСТЬ ЭСТЕТИЗАЦИЯ БЕЗОБРАЗНОГО КАК ФОРМА ТРАНСФОРМАЦИИ ЦЕННОСТЕЙ В ИСКУССТВЕ ХХ ВЕКА

Карпенко Н. А.
Белорусский государственный университет (г Минск)

 

ЭСТЕТИЗАЦИЯ БЕЗОБРАЗНОГО КАК ФОРМА ТРАНСФОРМАЦИИ ЦЕННОСТЕЙ В ИСКУССТВЕ ХХ ВЕКА

Начиная с конца XIX в., изменяется не только общество, но и художественная картина мира, которая уже не может оставаться прежней. Экономические и социальные перевороты, набирающий мощь технический прогресс в конце XIX в. приводят к изменению понимания мира и места человека в нем. Общим знаменателем мировоззренческих споров, разгоревшихся в XX в., было определение своей эпохи как пограничной, переходной. Политики, философы, теоретики искусства отмечали, что безвозвратно уходят в прошлое не только прежние формы быта, социально-политической организации общества, но и сама система духовных ценностей требует радикального пересмотра. Кризисность -основная характеристика культуры ХХ в.

Фиксация кризиса в сознании людей, современной им эпохи, может быть дана не только в философских понятиях и в общественном настроении, отмеченном пессимизмом, но и в конкретных художественно-поэтических произведениях. Искусство всегда выступает как наиболее яркий показатель едва наметившихся, еще неосознаваемых тенденций в культуре, поскольку оно связано не столько с внешними формами, сколько с ментально-духовным уровнем. Кризис искусства выступает как симптом общекультурного надлома, и, как правило, знаменует смену стилей, отмирание старых и зарождение новых эстетических канонов, в результате чего, изменяются механизмы и формы реализации ценностей. Развитие искусства XX в. примечательно многомерностью отношений не только между различными художественными направлениями, но и внутри каждого из них. Н. А. Бердяев пишет: «Много кризисов искусство пережило за свою историю.... Но то, что происходит с искусством в нашу эпоху, не может быть названо одним из кризисов в ряду других. Мы присутствуем при кризисе искусства вообще, при глубочайшем потрясении его тысячелетних оснований. Искусство судорожно стремится выйти за свои пределы. Нарушаются грани определяющие одно искусство от другого и искусство от того, что не есть уже искусство. ... Никогда еще не было такой жажды перейти от творчества произведений искусства к творчеству самой жизни» [3, с. 43].

Среди основных признаков переходных периодов развития культуры выделяют следующие:
ценностный кризис, основу которого составляет переоценка ценностей, предлагающая как отказ от ценностей предыдущей культуры, так и их переосмысление;
ощущение исчерпанности старой культуры, возникновение различных культурных форм без единого направления развития;
десакрализация всех форм бытия человека, в результате чего происходит переход от глубинно-осмысленного бытия к повседневно-выраженному прагматическому существованию;
ощущение одиночества и трагизма безысходности в индивидуальной жизни.
Искусство ХХ в. продолжает переоценку эстетических и культурных ценностей, намеченную в конце XIX в. Ницше. В художественной практике ХХ в. формируются новые интерпретации традиционных эстетических категорий. Так, прекрасное воспринимается как сплав чувственного, теоретического и нравственного, что привело к его интеллектуализации, и развитию гедонистических основ, сопряженных с идеями текстового удовольствия и телесности. Кроме того, пристальный интерес к безобразному, зафиксированный еще в эстетике конца XIX в., приводит к постепенному «приручению» этого негативного феномена посредством эстетизации, в результате чего размываются его отличительные признаки. Под эстетизацией мы будем понимать неправомерное расширение сферы эстетического и перенесение ее на другие сферы человеческого бытия.

Теоретики искусства ХХ в. осознают невозможность возврата к античной гармонии и классической симметрии, и выдвигают новое представление о гармонии, которая мыслится как дисгармоничная, симметрия - как асимметричная. «...Мрачные стороны действительности в качестве антитезы обману, совершаемому чувственным фасадом культуры, манят к себе также силой чувственного обаяния. Больше наслаждения приносит диссонанс, нежели созвучие» [1, с. 62]. Если в классическом искусстве изображение безобразного в произведениях призывало к чувственному отрицанию этого феномена, то искусство ХХ века по средствам эстетизации делает его привлекательным, чарующим. «Отрицание может перейти в наслаждение, а не в утверждение позитивного» [1, с. 63]. Эстетической нормой в искусстве становятся красота диссонансов, деканонизация традиционных эстетических ценностей, аксиологический плюрализм, поверхностное чувственное отношение к миру, гедонизм. Основные принципы философского мар-гинализма, открытости, описательности, безоценочности ведут к дестабилизации классической системы эстетических ценностей. Основными в эстетике становятся прежде маргинальные категории иронии, игры, безобразного.

Сущность феномена безобразного заложена в семантике самого слова: безобразное - «без-образное», отсутствие образа порядка, хаос. В онтологическом аспекте безобразное нацелено на разрушение или полное отсутствие бытия, и представляется как конечная фаза небытия данного объекта, эстетическим выражением которого оно и является. «. В безобразном закон формы капитулирует, проявив все свое бессилие» [1, с. 72]. Поэтому мы будем говорить о безобразном не как о деформированном внешнем, а как о разрушенной форме вследствие разрушенной идеи этой формы. В аксиологическом аспекте безобразное характеризует явления, предметы, человека и его деятельность с точки зрения несовершенства и выражает эстетическую антиценность.

Парадокс понимания безобразного в традиционном (классическом) искусстве состоит в том, что действительно безобразный предмет может быть исполнен художником прекрасно. Причина кроется, как отмечал Аристотель, прежде всего, в потребности человека в знании, в мастерстве художника, а также в способности искусства к очищению, к катарсису: «...на что нам неприятно смотреть [в действительности], на то мы с удовольствием смотрим в самых точных изображениях, например, на облики гнуснейших животных и на трупы» [2, с. 648 - 649]. Таким образом, эстетическое переживание безобразного двойственно: наслаждение художественным произведением сопровождается чувством отвращения к самому предмету. Если безобразное в искусстве лишено этого уровня, оно превращается в один из существенных признаков натурализма, или эстетизируется.

Потеря критического начала при воплощении феномена безобразного в художественных произведениях ХХ в. приводит к стремлению найти красоту в явлениях антигуманных- безжалостности, жестокости, варварстве, войне. Известно, что принятие любого явления жизни как эстетического феномена приводит к имморализму, к оправданию зла.
Безобразное в искусстве характеризуется использованием художественных средств для создания художественного образа, репрезентирующего уродливое, больное, умирающее во всех сферах человеческого бытия. Попытка художника воссоздать поэтическими средствами экспресессивно-реаль-ные сцены жестокости и насилия, приводит к перенасыщению произведений искусства негативными феноменами. Дело здесь в тех функциях и целях, ради которых создаются негативные художественные образы. Так, в одном случае они рассчитаны не на то, чтобы путем художественной сублимации вызвать эстетическое переживание ужаса, а на то, чтобы возбудить у зрителя, читателя реальную (а не художественно преображенную) эмоцию страха, ужаса.

Многие представители сюрреализма и экспрессионизма продолжили традиции натурализма. Например, сюрреалисты, зачастую изображают в своих картинах безобразное из стремления к натуралистическому смакованию человеческих страданий. Иногда это прямое и откровенное смакование смерти, понимаемое чисто физиологически, вне всяких ее социальных и духовных аспектов, воспринимается не как трагедия, а лишь как отвратительный, биологический процесс уничтожения. Ярким тому примером служит творчество Хай-мена Блума, посвятившего себя воспеванию смерти. Его произведения так и называются: «Труп старухи», «Труп женщины», «Отрезанная нога» [4, 160-161].
Близко к сюрреализму стоит экспрессионистская скульптура. В этом отношении интересен памятник Осина Цадкина в Роттердаме. Огромная фигура с вздыбленными в отчаянии руками, с распоротым животом убедительно раскрывает трагедию войны, человеческого горя и страдания, однако здесь отсутствует идея противостоять жестокой стихии войны. Или его скульптурная композиция «Пьета», где четко прослеживается философия безысходности. Предельно деформированные фигуры девы Марии и лежащего у нее на коленях Христа, апатичные и безвольные, символизируют собой безысходность и бессмысленность человеческого бытия [4, 163].

В другом случае, все обыгрывается как эффектное, шокирующее зрелище, которое притягивает и увлекает зрителя. Так происходит, например, в жанре хэппенинга. Организуя импровизационные сцены с включением в них предметов реальной действительности, вовлекая в них случайных прохожих и зрителей, организаторы хэппенингов пытались вырвать их на время события акции из обыденного контекста, заставляя участвовать в неутилитарной игре иного измерения. Главной задачей хэппененга становится внедрение искусства в жизнь и слияние с жизнью. Любые фрагменты жизни человека (катастрофы, мучения и т. д. ) могут быть подняты до уровня произведения искусства.

И в первом и во втором случаях, при участии или восприятии действа, художественного произведения притупляются чувства нравственного негодования, сострадания чужому горю. Данная тенденция объединяет сферу эстетического со сферой этического, т. к. безобразная форма репрезентирует моральное зло. Экспрессивный натурализм, с предельно точным изображением деталей и увеличением (гиперболизацией) негативного феномена являются основными чертами выражения безобразного в искусстве ХХ в.

Эстетизация безобразного в искусстве ХХ в. ведет к утрате в художественных произведениях подлинных человеческих ценностей и идеалов, что может привести к серьезным социальным последствиям, и, прежде всего к разрушению в человеке его духовных основ и ценностных ориентаций.

Литература

  1. Адорно, Т. В. Эстетическая теория  Т. В. Адорно; [Пер. с нем. А. В. Драно-ва]. - М.: Республика, 2001.
  2. Аристотель. Поэтика /Аристотель  Соч.: в 4 т. - М., 1983. - Т. 4. - 830 с.
  3. Бердяев, Н. А. Кризис искусства  Н. А. Бердяев - М.: СП Интерпринт, 1991.
  4. Яковлев, Е. Г. Эстетическое сознание, искусство и религия / Е. Г Яковлев -М: Искусство, 1969.

 

Внимание!

Внимание! Все материалы, размещенные на сайте, выпущены в печатной форме и защищены законодательством об авторском праве Республики Беларусь. Полнотекстовое использование (перепечатка) материалов сайта допускается только с согласия издателя (ЧУП "Паркус плюс"), цитирование в научных целях допускается без согласия, но при обязательном указании автора статьи и источника цитирования.


Проверить аттестат

На правах рекламы