Главная Публикации «Личность-слово-социум» – 2006 ПСИХОЛОГИЯ ЛИТЕРАТУРЫ ГОТИЧЕСКАЯ ТРАДИЦИЯ В РОМАНАХ ДЖЕЙН ОСТЕН «НОРТЕНГЕРСКОЕ АББАТСТВО» И ШАРЛОТТЫ БРОНТЕ «ГОРОДОК»

Повзун Е. В.
Белорусский государственный университет

ГОТИЧЕСКАЯ ТРАДИЦИЯ В РОМАНАХ ДЖЕЙН ОСТЕН «НОРТЕНГЕРСКОЕ АББАТСТВО» И ШАРЛОТТЫ БРОНТЕ «ГОРОДОК»

Во второй половине XVIII века социально-экономические сдвиги, общественные тенденции, поиски новых эстетических ориентиров, противоположных просветительским, способствовали формированию предроман-тизма как литературного течения. В трактате Э. Бёрка «Философское исследование о происхождении наших идей возвышенного и прекрасного» (1757), в ««Опыте о гении» Поупа и его сочинениях» (1756-1782) Дж. Уор-тона, в «Письмах о рыцарстве и средневековых романах» (1762) Р. Хёрда обращено внимание на эстетические категории («ужасное», «возвышенное», «оригинальное», «живописное»), разрушающие классицистское понятие «прекрасного», основанное на симметрии и гармонии.
Смена эстетических ориентиров отразилась во всех сферах культуры и быта страны. Растет интерес к народной музыке, фольклору, скандинавским и кельтским легендам, о чем свидетельствуют сборники народной поэзии Дж. Уортона, А. Рамзея, Т. Перси, имитации Дж. Макферсона и Т. Чаттертона.

Отражением предромантизма в прозаической литературе был «готический» роман, известный также как «черный роман» или «роман ужасов», сыгравший роль связующего звена между творчеством просветителей и романтиков. Он возник как реакция на философскую мысль и миропонимание европейского Просвещения. Романисты нового направления отказываются от изображения повседневного современного быта. Их привлекают необычные происшествия, окруженные ореолом таинственности.

Философской основой «готического» романа явился агностицизм Д. Юма, доказывавшего непознаваемость объективного мира («Исследование о человеческом разуме», 1748).
Основоположником жанра «готического» романа считается Г. Уол-пол, прославившийся романом «Замок Отранто» (The castle of Otranto, 1765). Известными представителями школы «готического» романа были К. Рив, У Бекфорд, А. Радклиф, М. Г. Льюис, Ч. Р Метьюрин.
Джейн Остен (Jane Austen, 1774-1817) начала писать роман «Нор-тенгерское аббатство» (Northanger Abbey) в 1794 году (однако, издан он был уже после смерти писательницы, в 1818), когда в литературе преобладали сентиментальные мотивы и готика, к которым писательница относилась отрицательно и высмеяла их еще в своих юношеских пародиях («Juvunulia»). «Нортенгерское аббатство» пародирует совокупность романов «ужасов» разных авторов, но больше всего высмеивает художественные приемы А. Радклиф. Взгляды Кэтрин Морланд, героини Дж. Остен, формируются под впечатлением прочитанного ею романа А. Радклиф «Удольфские тайны» (The Mysteries of Udolpho, 1794).

В «Нортенгерском аббатстве» Дж. Остен пародирует основные штампы «готического» романа, причем, как замечает Н. П. Михальская, «пародийное начало тесно переплетается, а подчас и сливается с комическим осмеянием быта, нравов, поведения действующих лиц» [5, 64].
Пародия на «готический» роман в «Нортенгерском аббатстве» создается различными способами: путем «снижения», «дегероизации клишированных ситуаций» [3, 22] романов «тайн и ужасов», средствами диалога (например, между Кэтрин и мистером Торпом), при помощи комических ситуаций, в которых оказывается Кэтрин.

Первый прием воплощается в романе в нескольких сценах. Таинственное исчезновение героя (Генри Тилни) объясняется прозаической необходимостью перевезти в город родственников, традиционный насильственный увоз героини превращается всего лишь в двухчасовую прогулку в окрестностях Бата. Унылый моросящий дождик вносит в сюжет те же осложнения, что и романтическая буря. И, наконец, не герой, а героиня невольно почти на каждом шагу обнаруживает свои нежные чувства к герою, чем и добивается его взаимности. Кроме того, как отмечает К. Атарова «даже композиция «Аббатства» представляет собой комический аналог структуры «Удольфс-ких тайн»: оба построены по схеме: сельская идиллия - приключения «в свете» - ужасы и тайны уединенного замка - сельская идиллия» [3, 23].
Первые главы «Нортенгерского аббатства», где описывается семья и детство Кэтрин, представляют собой ироническое и последовательное отрицание традиционной экспозиции «готического» романа. В отличие от героини «Удольфских тайн» Эмили Сент Обер, поражающей своей красотой, Кэтрин «had a thin awkward figure, a sallow skin without colour, dark lank hair, and strong features» [1, 267]. Кэтрин не проявляла особых успехов в учении, не преуспевала ни в музыке, ни в рисовании, плохо запоминала стихи. Все это контрастирует с героиней А. Радклиф, которая прекрасно играет на лютне, сочиняет сонеты и баллады, а полотна написанные рукой Эмили, восхищают совершенством техники, Кэтрин же даже не способна набросать эскиз своего возлюбленного в профиль.

Данный метод пародирования определен Г Тен Хармсел как «демонстрация отрицанием» [2, 15]. Наделяя героев чертами абсолютно противоположными чертам героев популярных романов и постоянно подчеркивая контраст между ними, Дж. Остен достигает большого сатирического эффекта, заставляет читателя осознать абсурдность произведений готической школы.
Методом «демонстрации отрицанием» Дж. Остен создает и другие образы. В отличие от героев А. Радклиф, подчеркивающей мистическое происхождение и таинственность занятий своих персонажей, Генри Тилни, как сообщает автор, сын мелкопоместного дворянина, исполняет прозаические обязанности приходского священника в графстве Глосетершир.
Его появление на страницах романа не связано со спасением героини из рук похитителя: распорядитель бала предоставляет героя героине. Вместо того, чтобы услаждать героиню дидактическими увещеваниями, Генри начинает свою первую беседу с Кэтрин «on such matters as naturally arose from the object around them» [1, 276].

Когда действие романа переносится в родовое имение генерала Тил-ни, Дж. Остен пародирует готические «аксессуары», т. е. те шаблонные, наводящие ужас ситуации, которые стали неотъемлемой частью произведений А. Радклиф и ее подражателей.
Под впечатлением романов А. Радклиф героиня надеется увидеть в Нортенгерском аббатстве длинные, мрачные коридоры, анфилады нежилых комнат с высокими сводами, точно такие, какие видит Эмили в замке Удольфо. Однако вместо затянутых паутиной окон и мрачных старинных зал Кэтрин с огорчением обнаруживает чисто убранные, залитые светом, обставленные по последней моде комнаты.

В каждом шорохе и скрипе Кэтрин Морланд готова услышать приближение привидения, а в счете прачки, найденном ею в старинном шкафу, древнюю рукопись, раскрывающую тайну преступлений хозяина замка.
Описания меблировки комнат в старинном здании, где она гостит, страшной бури, которая разражается в ночь ее прибытия в именье, выполняют сатирическую функцию: Кэтрин беспрерывно попадает впросак, убеждаясь, что ищет таинственное и загадочное там, где его нет и в помине. Таким образом, одна за другой развеиваются наивные иллюзии Кэтрин.
Сюжетные мотивы «готического» романа пародируются поведением все той же Кэтрин Морланд, которая постоянно оказывается в комических ситуациях по вине «готических» романов.

Центральная сцена, разоблачающая заблуждения героини - сцена посещения Кэтрин покоев умершей миссис Тилни. Под впечатлением «Удольфских тайн» девушка вообразила генерала Тилни - отца молодого человека, который ей нравится - злодеем-убийцей, якобы замучившим свою покойную жену, типа Монтини из ее любимого романа А. Радклиф. (В романе А. Радклиф известную роль играет некий портрет. Аналогией ему в романе Дж. Остен является портрет покойной миссис Тилни, который и навел Кэтрин на мысль о существовании тайны некогда совершенного убийства). Дж. Остен почти повторяет сцену посещения Эмили комнаты маркизы де Вийеруа, но вместо драматического и эмоционального описания А. Радклиф у Дж. Остен появляются ирония и здравый смысл. Не сделав выводов из постигших ее уже разочарований, Кэтрин стремится попасть в комнату миссис Тилни в полной уверенности, что она раскроет преступление, увидит там следы насилия, улики, в спешке оставленные убийцей. Между тем она попадает в аккуратно убранные покои, где ежедневно поддерживается порядок в знак внимания к памяти умершей.
Превосходно найден финал этого «расследования», когда Кэтрин убеждается в самых отрицательных моральных качествах генерала Тилни, ничего общего не имеющих с готическими злодеяниями из популярного романа: он жаден и корыстолюбив, узнав, что его неправильно информировали относительно размеров приданного Кэтрин, он безжалостно унижает девушку, грубо и хладнокровно изгоняет ее из замка.

В «Нортенгерском аббатстве» пародируется не только сам «готический» роман, но и отношение к нему легковерных и жадных до сенсации обывателей и обывательниц. Кэтрин, убедившись, наконец, в нелепости своих предположений, начинает постепенно во всех своих заблуждениях винить книги, которыми так безрассудно увлекалась. Дж. Остен видит свою задачу в том, чтобы помочь людям проникнуться ощущением реальности, понять действительность.
Сегодня «Нортенгерское аббатство», дописанное и переработанное Дж Остен в конце жизни, воспринимается в двух планах, причем внимание читателя фиксируется скорее на «современной» линии сюжета, чем на пародийной. Но если говорить о романе в контексте литературных взглядов Дж. Остен и тех пародий, которые она писала в юности, борясь против дурного вкуса в литературе своих дней, то надо признать, что изданное в 1818 году « Нортенгерское аббатство» потеряло живую актуальность, чрезвычайно острую в те дни, когда оно писалось. Именно поэтому Дж. Остен сочла нужным, готовя книгу к печати в 1816 году, предпослать ей предисловие, в котором отмечается, что часть написанного здесь в настоящее время совсем не актуальна.

Несмотря на то, что роман Шарлотты Бронте (Charlotte Bronte, 18161855) «Городок» (Villette) написан на шестьдесят лет позже романа Дж. Остен «Нортенгерское аббатство», в 1853 году, в нем также присутствуют некоторые элементы «готического» романа. В парке при пансионе мадам Бек бродит монахиня в белом, она же появляется на чердаке пансиона и пугает Люси Сноу, которая прячется там, чтобы прочесть письмо доктора Джона. Вызывает страх легенда об убитой и замурованной в основание монастыря девушки, на развалинах которого стоит пансион мадам Бек. Кроме монахини, парк при пансионе насыщен атмосферой призраков, непонятных звуков.

Ш. Бронте, как и Дж. Остен переосмысливает « романы ужаса» А. Рад-клиф и М. Г. Льюиса, характерные для предромантизма конца XVIII века и тяготеющие к мистификации действительности, к изображению необычного, таинственного и загадочного, поэтому эстетика «ужасного», «страшного», столь свойственная «готическому» роману, получает у Ш. Бронте реалистическую трактовку и разумное объяснение. В романе «Городок» это проявляется в нескольких сценах: страшная волшебница, которую Люси встречает во время грозы, когда вспышки молний прорезают окутавший землю мрак, оказывается родственницей мадам Бек - злой и корыстолюбивой старухой Уолревенс; блуждающий в аллеях парка призрак монахини - это поклонник Джиневры, граф де Амаль скрывающийся от бдительных глаз хозяйки пансиона, облачившись в женские одежды.

Дж. Остен и Ш. Бронте, вводя в свои романы «готические» мотивы, и развенчивая их, показывают, что человеку угрожает не демоническое и таинственное, а конкретное, бытовое зло в виде свойственных людям корысти, глупости, снобизма, лживости (генерал Тилни, семья Торпов в романе Дж. Остен, мадам Бек, Уолревенс в романе Ш. Бронте), ибо они в своем прозаическом проявлении могут причинить вреда не меньше, чем все злодеи, описанные в «готическом» романе. Ш. Бронте, давая всему «фантастическому» и «ужасному» рациональное и прозаическое объяснение, как и Дж. Остен средствами пародии, выражает свое неприятие характерных для «готического» романа иррационализма и мистицизма. Дж. Остен и Ш. Бронте - сторонницы реалистического подхода к жизни, они стремятся помочь людям понять жизнь и разобраться в ее истинных ценностях.

Однако, несмотря на то, что клишированные ситуации и атрибуты «готического» романа, созданного, прежде всего, многочисленными эпигонами и не представляющего художественной ценности, в произведениях Дж. Остен и Ш. Бронте отрицаются и опровергаются, писательницы сохраняют свойственный лучшим образцам «готических» романов их особый психологизм, суть которого заключается в том что «сюжетно обусловленная физическая замкнутость персонажа ставит его лицом к лицу с собственным внутренним миром, толкает его в этот внутренний мир» [4], герой совершает «путешествие в себя» [4]. Героини романов Дж. Остен и Ш. Бронте (Кэтрин в аббатстве, Люси в пансионе мадам Бек), будучи ограничены во внешнем пространстве, попадают в плен собственного сознания, они вынуждены размышлять. Кэтрин и Люси, анализируя, рефлексируя лучше узнают свою собственную натуру и истинный характер окружающих их людей, таких как Изабелла Торп, генерал Тилни в романе Дж. Остен, мадам Бек, Уолре-венс в романе Ш. Бронте.

Итак, можно сделать вывод, что, отрицая и опровергая определенные черты и приемы «готических» романов (фантастика, иррационализм, мистицизм, мелодраматизм), Дж. Остен и Ш. Бронте в своем творчестве развивают лучшие элементы, заложенные в этом жанре (психологизм в изображении характеров, динамизм в развитии сюжета, драматизация действия), не порывая таким образом с национальной традицией, а продолжая и развивая ее, создавая новые шедевры. Кроме того, роман Дж. Остен стоит у истоков пародийной традиции готики, которая найдет свое развитие в творчестве О. Уайльда, К. Уилсона.

Литература:

  1. Austen J. Northanger Abbey Ann Radcliffe. The Romance of the Forest; Jane Austen. Northanger Abbey. - M.: Raduga Publishers, 1983. - С. 266 - 439.
  2. Ten Harmsel H. Jane Austen: a study in fictional conventions. - The Hague: Moutob, 1964. - 206 р.
    Атарова К. Н. Поэзия и правда // Radcliffe Anne. The romance of the forest; Austen Jane. Northanger Abbey. - M.: Raduga Publishers, 1983. - С. 7 - 28.
  3. Гэтический роман. //http://predpinimatel-cd. com. ru/r/Literature/li_36952. htm
    Михальская Н. П. Проблема идеала в романе «Нортенгерское аббатство» и эстетические позиции Джейн Остин Эстетический идеал и художественный образ. - М., 1979. - С. 54 - 66.

 

Внимание!

Внимание! Все материалы, размещенные на сайте, выпущены в печатной форме и защищены законодательством об авторском праве Республики Беларусь. Полнотекстовое использование (перепечатка) материалов сайта допускается только с согласия издателя (ЧУП "Паркус плюс"), цитирование в научных целях допускается без согласия, но при обязательном указании автора статьи и источника цитирования.


Проверить аттестат

На правах рекламы