Главная Публикации «Личность-слово-социум» – 2006 КОНЦЕПЦИИ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ СРЕДСТВ МАССОВОЙ ИНФОРМ О НЕКОТОРЫХ НОВЫХ ТЕНДЕНЦИЯХ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ ЛЕКСИКИ (НА ПРИМЕРЕ БЕЛОРУССКИХ ГАЗЕТ)

Буяльская Л. Н.
Институт современных знаний им. А. М. Широкова

О НЕКОТОРЫХ НОВЫХ ТЕНДЕНЦИЯХ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ ЛЕКСИКИ (НА ПРИМЕРЕ БЕЛОРУССКИХ ГАЗЕТ)

Обслуживая общество в качестве средства общения, язык постоянно претерпевает изменения, все более и более накапливая свои ресурсы для адекватного выражения смысла происходящих в обществе перемен. Для «живого» языка этот процесс естественен и закономерен. Однако степень интенсивности этого процесса может быть различной. И тому есть объективное объяснение: само общество - носитель и творец языка - по-разному переживает разные периоды своего существования.
В периоды резкой ломки устоявшихся стереотипов происходят и различные языковые преобразования.

Современная эпоха актуализировала многие процессы в языке, которые в других условиях могли бы быть менее заметными, более сглаженными. Под воздействием внешнего социального фактора приходят в движение внутренние ресурсы языка, которые прежде не были востребованы в силу разных причин.
Наиболее отчетливо эти изменения наблюдаются в публицистике. Именно здесь затрагиваются вопросы весьма широкой тематики - актуальные вопросы современности, представляющие огромный интерес для общества: политические, экономические, моральные, философские, вопросы культуры, воспитания, повседневного быта.

Как известно, публицистический стиль занимает особое место в системе стилей литературного языка, поскольку во многих случаях именно он должен перерабатывать тексты, созданные в рамках других стилей. Научная и деловая речь ориентированы на интеллектуальное отражение действительности, художественная речь - на ее эмоциональное отражение. Публицистика же играет особую роль - она стремится удовлетворить как интеллектуальные, так и эстетические потребности общества.

Среди главных языковых особенностей публицистического стиля следует назвать принципиальную неоднородность стилистических средств; использование специальной терминологии и эмоционально окрашенной лексики, сочетание стандартных и экспрессивных средств языка. Актуальность содержания заставляет журналиста искать нестандартных форм его изложения, общепонятных и в то же время отличающихся свежестью и новизной.
Особое внимание, на наш взгляд, следует обратить на пополнение словарного запаса русского языка. И это, прежде всего, следующие новации: англицизмы (американизмы и другое иноязычное влияние), в том числе образование русских слов по английскому образцу: ... интересны спарринги с госпожой Карлой дель Понте (Комсомольская правда в Белоруссии, 14. 03. 2006 г.); жаргонная по своему происхождению лексика: ... крупные партии «дури» (Минский курьер, № 252, 01.11.2005г.); возрождение старых слов: Еще лет пять-шесть назад оных можно было сосчитать в белорусской столице «на одном пальце руки (Знамя юности, № 52, 30.12.2005 г.); расширение значений слов, а также активное использование современных неологизмов (окказионализмов) в СМИ: ... ОНТшники решили отличиться и пригласили в качестве участников не только отечественных звезд, но и знаменитых коллег из России (Знамя юности, № 52, 30.12.2005 г) и др.

Установлено, что сферы применения языка соотносятся с видами деятельности человека, соответствующими формами общественного сознания (наука, право, политика, искусство). Языковые единицы при этом, кроме основного значения (денотации), могут иметь дополнительные семантические или стилистические значения и окраску (стилистические коннотации), ограничивающие возможности употребления данной единицы языка определенными сферами и условиями общения.

Функционально-стилевые коннотации обусловлены преимущественно употреблением языковой единицы в какой-то определенной сфере общения. Традиционно языковые средства с функционально-стилевой окраской в русском литературном языке разделяются на книжные (к ним относятся стилистически ограниченные и закрепленные в своем употреблении языковые единицы, встречающиеся преимущественно в письменной речи, но не характерные для повседневной бытовой речи, непринужденного разговора). Они используются в научной литературе, публицистических произведениях, официально-деловых документах, а также в художественной литературе: интеллект, крайне, весьма, ничтоже сумняше-ся. Среди книжных языковых единиц выделяются общекнижные, функционально-стилевая окраска которых обнаруживается лишь при употреблении в сфере обиходно-бытового общения, и единицы, имеющие окраску одного какого-либо стиля: санкция, ответчик, согласно постановлению, истец (оф. -дел.), аномалия, орфоэпия (науч.), интервью, агрессия, прибыть с официальным визитом (публиц.) и разговорные (употребляются преимущественно в устной речи, в непринужденном бытовом общении). Использование их в письменной речи ограничивается художественной литературой и публицистикой и имеет определенные художественно-выразительные цели - создание словесного портрета, реалистического изображения быта той или иной социальной среды, достижения комического эффекта и т. д.: читалка, дружище, понарассказывать, балагурить и др.

Основу современного русского литературного языка, как известно, составляют общеупотребительные и нейтральные языковые единицы. Они объединяют все стили в единую языковую систему и выполняют роль фона, на котором выделяются стилистически маркированные средства, которые и придают контексту определенный функционально-стилевой оттенок.

В современных СМИ (в нашем случае на страницах белорусских газет) можно наблюдать такое распространенное сейчас явление, как стилистический «стык», другими словами, употребление разностилевой лексики, например:

По выражению историка Натана Эйдельмана, русские люди «чаще всего мирно почивали» (Минский курьер, № 302, 31.12.2005г); Так что «фальшивый миллениум» - 2000 - имеет вполне конкретный исторический аналог (Минский курьер, № 302, 31.12.2005г.); Английские ученые изобрели тест, подсчитывающий количество жизнеспособных яйцеклеток, которые организм женщины может произвести в будущем. Таким образом, каждая дама точно будет знать, какой период времени она способна к зачатию ребенка (Минский курьер, № 302, 31.12.2005г.); И совершенно бездарно выглядят инсинуации, которые нет-нет да и промелькнут в СМИ: мол, лотереи будят в людях низменные инстинкты, толкают их в пучину азарта Полноте, лже-обличители! (Минский курьер, № 292, 20.12.2005г.).

Речевая деятельность нашего современника, стимулируемая новыми социально-политическими процессами, происходящими сегодня в стране, все более и более становится проявлением общего, повышенной степени эмоционально-волевого состояния общества. Поэтому обращение к оценочным речевым средствам в какой-то мере удовлетворяет потребностям в ярком, эффективном и эффектном словоупотреблении. Активная жизненная позиция неизбежно стремится выразиться в действенном слове. В наибольшей степени это наблюдается при индивидуально-творческом подходе журналистов к словообразованию.
Окказионализмы (речевые инновации / новообразования) представляют постоянный интерес для лингвистов при выявлении направления развития системы языка, в особенности ее лексического и словообразовательного уровней, для выявления экстралингвистических факторов, влияющих на их развитие. Как компонент газетного текста, они являются отражением особенностей функционального стиля, определяют состояние социума и позволяют уловить общий социокультурный фон и отразить динамику общественного сознания через «языковой вкус эпохи» (В. Г. Костомаров). Семантическая характеристика корпуса новообразований позволяет отметить, что среди них сильна тенденция к отражению явлений массового, общественного и социального характера. В современной речевой практике, особенно в непринужденном стиле общения, в буквальном смысле ощущается настроенность на изобретательство, на поиск «невиданного» в словопроизводстве:

- А разве Ксения сюда приехала с другом? - удивились мы.
- Да, вон он, в красной майке. Это её бойфренд (КП в Белоруссии, 1117 авг. 2005 г); Успехи Бориса Немцова на политической арене, увы, меркнут на фоне бэби-достижений видного демократа (КП в Белоруссии, 4-10 авг 2005 г); Оказывается, одна из самых красивых пар в актерской тусовке окончательно рассталась (Кп в Белоруссии, 13-19 авг 2005 г); В тусовке выдвигают такую версию: до брачного проекта Пугачева не знала про увлечение Киркорова (КП в Белоруссии, 1-7 дек. 2005 г).

Окказиональные новообразования привлекают своей нестандартностью, неожиданностью, оригинальностью. Одноразовость окказиональной лексемы противопоставлена воспроизводимости канонического слова. Окказионализм всегда создается ради определенного контекста: Майк Тай-сон, будучи проездом в Москве, обещался прийти посидеть с Вольфычем в ресторане. Но, видимо, струхнул. «Фак» Жириновского в его адрес запечатлел наш корреспондент (КП в Белоруссии, 8-14 сент. 2005 г.); В настоящее время в различных районах столицы установлено уже более 200 «спящих полицейских» (Минский курьер, № 252, 01.11.2005г); МЧСовцы привели в готовность пожарную технику... (Минский курьер, № 292, 20.12.2005 г); Мы связались с колл-центром в Костроме (КП в Белоруссии, 8 сент 2005г). Окказиональное употребление не претендует на повторное воспроизведение и обычно привязано к случаю. Публицисты, художники слова всегда прибегали к приемам словотворчества. Создается впечатление, что современные журналисты в буквальном смысле соревнуются друг с другом в словесном изобретательстве. Экспрессивный характер новообразования предопределен его природой: его формальная новизна нарушает непрерывность речи, «эффект неожиданности» слова создает « напряженность» восприятия, происходит актуализация не только самого новообразования, но и текста в целом.
Активное словотворчество журналистов в последние годы может отчасти объяснить и желание их освободиться от всяческих прошлых ограничений. Наконец, характерные для своего времени окказионализмы свидетельствуют о существенных сдвигах в общественном сознании.
Важной особенностью печатных СМИ сегодня является активное внедрение заимствованной лексики - группы слов, обозначающей общественно-политические реалии, недавно вошедшие в активный состав языка и еще не вполне освоенные языковым сознанием народа. Сегодня, как нам кажется, можно назвать следующие наиболее актуальные причины иноязычных заимствований и возникновения новых слов:

они возникают как наименование новой реалии, нового предмета, нового понятия, появившегося в общественной жизни :Пугачева...-запатентовала брэнд «Филипп Киркоров».; Примадонна начала новую пиар-кампанию - теперь она будет вести свою игру в политэ-лите(КП в Белоруссии, 01.12.2005 г);
новые слова обозначают явления, которые и ранее присутствовали в жизни общества, но они не имели соответствующего обозначения, так как их существование замалчивалось. Это слова типа мафия, рэкет, отказник (тот, кто отказывается от исполнения своих обязанностей, в частности, от службы в армии);

новое слово является более удобным обозначением того, что прежде называлось при помощи словосочетания (рейтинг - положение фирмы, политического деятеля, передачи, списки себе подобных; имидж -образ «себя», который создает тележурналист, политический деятель, фотомодель и т. д.): Стремительно за последние пару лет поднялся рейтинг дуэта « Новые русские бабки» (артисты Чванов и Косилов) (КП в Белоруссии, № 124, 07. 07. 2005 г); Муж решает большие государственные дела, колесит по городам и весям на гигантском «Хаммере» (машина, к слову, имеет вполне отчетливый бандитский имидж); жена общается с местной элитой, занимается благотворительностью, блистает в обществе.. .(КП в Белоруссии, № 56, 28. 03. 2006 г).

новые слова возникают в результате необходимости подчеркнуть частичное изменение социальной роли предмета в меняющемся социуме (офис - контора, служебное помещение): Поделился своими впечатлениями с водителем, он на меня руками замахал: да мы, да у нас!. . Повез хвастаться. Показал здание «Юганснефтегаза» -офис как офис, воображения не поражает (КП в Белоруссии, №122, 05.07.2005 г);
заимствование новых слов обусловлено влиянием иностранной культуры, диктуется просто-напросто модой на иностранные слова (бой-френд, арт-хаус, лоббирование): Он режиссер кинофестивалей, а его зрители - люди размышляющие, предпочитающие арт-хаус основному потоку выходящего в прокат кино (Знамя юности, №46, 18.11.2005 г); Я понимаю, с чем это связано, и вы понимаете - это связано с лоббированием (КП в Белоруссии, № 56, 28. 03. 2006 г); «Кто это?- переглядывались зрители в ближних рядах. - Наверное, ее новый бойфренд...» (КП в Белоруссии, № 56, 28. 03. 206 г).

Иностранное слово, очевидно, оказывается привлекательным потому, что с ним не связано каких-либо ассоциаций, которые, особенно поначалу, могут нежелательно уводить от требуемого оттенка. Русский язык с обилием в нем приставок и окончаний удивительно подходит для восприятия словесного импорта: видик, сиди (CD-ROM), бизнесменка (бизнесву-менка), мобильник и под.

Обширную и влиятельную группу составляют резко увеличивающие свой удельный вес в газетных текстах термины новых технологий, современного делопроизводства, компьютерных и информационных технологий: факс, бит, байт, принтер, модем, баннер, броузер (и браузер), веб-рай-тер, веб-страница и т. д.
Новые виды спорта последовательно именуются заимствованиями, что многие оправдывают необходимостью интернациональной унификации «большого спорта» в мире: бодибилдинг, шорттрек, фристайл, боулинг, бобслей, картинг и др.

Можно привести несколько примеров «вживления» англицизмов в русский текст: Туроператоры из двухсот стран в режиме он-лайн проводили голосование (КП в Белоруссии, 19.01.2006г., №10); Чем заканчивается «звездная» история любви - хэппи-эндом или разлукой, мы узнаем, когда клип «Если быстро-быстро» появится в телеэфире (Минский курьер, №295, 23.12.2005г.); В своих райдерах звезды зачастую просят не только лучший отель в городе, но и лучший номер в лучшем отеле (КП в Белоруссии, 19.01.2006 г, №10); Дело дошло до овер-тайма...(Минский курьер, №301, 30.12.2005г.).

В настоящее время наблюдается еще один живой процесс функционирования лексем в СМИ: просторечная (в том числе грубая) и жаргонная лексика вышла из ограниченной сферы употребления и активно вливается в язык современной массовой печати, звучит на телевидении и по радио.
В силу известных политических, культурно-идеологических причин, порожденных распадом тоталитарной государственной системы, в книжную письменную речь (не спонтанную, совершающуюся в официальных рамках!) врываются речевые явления, принадлежавшие исключительно устной форме общения. Это так называемое городское просторечие, уголовно-лагерный жаргон и даже инвективная речь (от позднелат. invectiva oratio - бранная речь). Эти процессы детабуизации инвективной лексики, наблюдаемые в последнее время в печати, в электронных СМИ, во многом обусловлены эпохой гласности, снятием запрета на обсуждение интимной жизни популярных людей, на публикации эротического содержания. Большая часть таких слов несет в себе осуждающую экспрессию и потому адресатом может быть воспринята как оскорбление. А это, в свою очередь, влечет за собой осложнение языковых проблем проблемами правовыми. Слова типа бандит, жулик, двурушник, будучи персонифицированы, выводят ситуацию на юридический уровень. Бранными могут стать и вполне литературные слова (кобель, кобыла, свинья, сука и др.), если они являются зоосемантическими метафорами. Таким образом, термин « ненормативная» лексика часто оказывается некорректным, так как ненормативной оказывается не столько слово как таковое, сколько ситуация, в которой оно произносится. Другое дело - запретная (обсценная) лексика, другими словами, мат. Снижение порога допустимости в письменных и устных текстах не снимает с этих словоупотреблений характера непристойности и крайней грубости. В данном случае можно уже говорить о нарушении норм общественной морали.

Огрубление письменной и устной речи за счет жаргонной и арготической лексики, грубой и циничной по существу, к сожалению, обнаруживается сегодня не только среди средств массовой информации: этим грешат и чиновники, облеченные высокой властью. Поэтому известную детабуиза-цию обсценной и вообще грубой лексики следует рассматривать в контексте общей тенденции времени к стилистическому снижению речи в целом и заметной утрате практическим языком возвышенно-эстетических качеств. (Хуже всего по своим последствиям то, что такая речь распространена сегодня в детском школьном коллективе).
Особенностью функционирования литературного языка современности является его активное взаимодействие с просторечием и различными жаргонами. Интенсивность этого взаимодействия определяется выдвижением новых центров экспансии - низовой городской культуры, молодежной контркультуры и уголовной субкультуры. Подобная лексика, проникая на страницы печати, заметно опрощает письменную речь, стилистически снижает ее, снимает многие лексические запреты. Слова типа « наехать», «прикол», «кинуть», «расколоться», «отстегнуть» отражают сущность социальных, экономических и властных отношений в обществе. Именно поэтому они стали употребительными: Вот она, семейная жизнь: жена Валерия стоит на голове, а муж Пригожин треплется по «мобиле» (КП в Белоруссии, 11.08.2005 г); У любого игрока со стажем есть в запасе не одна история о том, как «зашел с десяткой в кармане и « выкатал» тысячу, две, три.. .»(Минский курьер, №296, 24.12.2005 г); Цетробанк не стал на биржевых торгах вступать в игру и скупать «зелень»...(КП в Белоруссии, № 10, 19.01.2006 г); Причем, как установлено, крупные партии «дури», ввозимой к нам из-за рубежа, не названный пока житель Бреста передавал своему минскому адресату с оказией не впервые (Минский курьер, № 252, 01.11.2005 г)

Психолого-педагогические причины связаны с активным восприятием арготизмов молодыми людьми: это своего рода мода на блатные слова, языковой нигилизм; желание отгородиться от мира взрослых. Кроме того, школа сегодня мало внимания уделяет эстетической значимости языка, не формирует неприятия слов-сорняков.
Известно, что в течение XX в. русский язык трижды испытал нашествие арготизмов: в 10-20-е годы (1-я мировая, гражданская война, две революции, результат - беспризорность); в 40-50-х годах (Отечественная война, потом - крупная амнистия); в конце 80-х и 90-х годах (перестройка, развал СССР, амнистия).

В последние годы нелитературную лексику в буквальном смысле слова популяризируют журналисты, теле- и радиокомментаторы, актеры, политики. Получается, как отмечает В. Г. Костомаров, необычная картина: арготизмы не поднимаются с низов, а спускаются сверху, находя, так сказать, живой отклик в народе [2, 120].
Сейчас современные исследователи усилили свое внимание к нелитературным, маргинальным языковым структурам, поскольку аргологичес-кий материал связан с общими активными процессами в языке. Прежде всего это активизация просторечия, расширение сфер его распространения (в художественной литературе, в кино, в теле- и радиопрограммах). Создается особый стиль общения в городской среде (преимущественно в молодежной, но не только). Арго становится частью повседневного городского быта, уклада жизни, который меняется с изменением социально-бытовых условий.

Итак, то, что было обособлено, условно и тайно, становится общеупотребительным, понятным и явным. Интересная деталь: в советское время словарь уголовного жаргона издавался как специальное издание, предназначенное милицейским работникам. Теперь подобные словари издаются массовыми тиражами. Пожалуй, есть в этом резон: иные публикации без словаря трудно понять: трава, травка, дурь - наркотик; гонец - торговец наркотиками; колики - наркотики, вводимые при помощи шприца; быть в откате - в состоянии сильного опьянения; залететь - заразиться венерической болезнью; академия, дача, курорт - о тюрьме, лагере; жмурик -покойник; тундра, тайга - о глупом человеке; сесть на иглу - получить наркотическую зависимость и т. п. Все эти слова и выражения созданы для вуалирования сущности обозначаемых понятий и явлений, иногда с элементами словесной игры, по сути это эвфемизмы. Они стали известными любому современнику благодаря широкой распространенности в печати. А новейшие обозначения психической ненормальности («шизик», «он с приветом», «у него крыша поехала») современниками расцениваются как прямые наименования.

Надо признать, что лексически арго (жаргон) чрезвычайно «богат». В этой подсистеме языка, как выразился B. C. Елистратов [1, 101], «значительно меньше значений и значительно больше слов». Можно встретить десятки, сотни и даже тысячи наименований одного и того же. Понятийно
этот язык весьма ограничен, но словесно - безграничен. Например, для наименования «денег» в «Толковом словаре уголовных жаргонов» (под ред. Ю. П. Дубягина и А. Г. Бронникова. - М., 1991) приведено около 30 слов: алтушки, драхмы, башни, бабки, барыши, белки, боны, гульдены, гроши, дубы, жабы, звоны, колы, лавы, лавешки, пиастры, рыжики, саман, сармаг, тити-мити, фанера, филки, фишки, хрусты, чабар, чистоган, шайбы, шайбоч-ки. Ярко представлен и словесный образ: кофемолить (болтать), бритый кактус (лысый), застегнуться (зашить ампулу против алкоголизма); и перенос значений: аналогия цвета (шоколадка - негр), аналогия звука (шуршать говорить), аналогия формы (пузырь - бутылка) и т. п. Однако основ языка, его грамматики арготические элементы не затрагивают: тот же фонемный состав, те же синтаксические конструкции, в которые вписываются данные лексемы.

Таким образом, язык находится в постоянном движении, его эволюция тесно связана с историей и культурой народа. Каждое новое поколение вносит нечто новое не только в общественное устройство, в философское и эстетическое осмысление действительности, но и способы выражения этого осмысления средствами языка. И такими средствами оказываются новые слова, новые значения слов, новые оценки того значения, которое заключено в известных словах. Появление новых слов и словообразований, в которых находят свое отражение явления и события современной действительности, стимулирует и внутриязыковые процессы. Небывалая популярность средств массовой информации в настоящее время резко изменила акценты в сферах влияния на развитие языка, особенно в его литературной форме. Активность СМИ, их установка на живое непринужденное общение не только повлияли на изменение норм литературного языка в сторону их либерализации, но и изменили психо-логическое отношение населения к языку, явно стимулирующее расшатывание литературных норм, ставящее под сомнение их незыблемость и обязательность.

Расширение сферы спонтанного общения резко сузило общение официально подготовленное, выверенное и откорректированное. Это открыло границы литературного языка для лексики разговорной, просторечной, жаргонной. Свобода форм выражения породила тенденцию к небывалому словотворчеству. Современные авторы текстов (устных и письменных) не сковывают себя литературными традициями и не ограничивают тщательным отбором слов. В сфере публичного общения стирается и ослабляется официальность.

Наряду с этим интенсифицирован и процесс иноязычного заимствования. Среди новых слов много прямых заимствований, но значительное количество слов создано на русской почве путем использования иноязычных приставок или корневых частей слова наряду с русскими. Все это говорит об открытости лексической системы русского языка, ее активности и жизнеспособности. Слова не просто входят в язык, но творчески перерабатываются и приспосабливаются к чуждой для них среде, оказавшейся достаточно сильной, чтобы подчинить себе инородное.

В основе активных процессов в лексике лежат изменения в психологической установке масс, в их новом (по В. Г. Костомарову) «языковом вкусе».

Литература:

  1. Валгина Н, с. Активные процессы в современном русском языке: учеб. по-соб. /Н, с. Валгина. - М.: Логос, 2003. - 304 с.
  2. Костомаров В. Г. Языковой вкус эпохи. Из наблюдений над речевой практикой масс-медиа. Издание третье, испр. И доп. - СПб.: «Златоуст», 1999. -320 с. (Язык и время. Вып. I).

 

Внимание!

Внимание! Все материалы, размещенные на сайте, выпущены в печатной форме и защищены законодательством об авторском праве Республики Беларусь. Полнотекстовое использование (перепечатка) материалов сайта допускается только с согласия издателя (ЧУП "Паркус плюс"), цитирование в научных целях допускается без согласия, но при обязательном указании автора статьи и источника цитирования.


Проверить аттестат

На правах рекламы

Услуга открытия вскрытия автомобиля.